Аль Квотион

Мне ещё тебя не хватает,
но уже не так ощутимо —
То есть что-то проходит мимо,
И я медленно забываю
Эти встречи под небом либо
Эти глянцевые свиданья,
Эти полупустые здания,
Этот тридцать восьмой верлибр,
Влёт пробивший височную долю.
Значит, дальше не будет больно?
Знаешь, раньше мы были полными,
Но разлились дождем по полю.
Стали полыми, стали впалыми,
Сталью выпали мы из ножен:
… показать весь текст …

Дорогая, как там, в твоем «вперед»,
в твоей солнечности и бездождье?
Мне все кажется: тело твое — самолет,
и догнать его невозможно.
У тебя там Дубай, а у нас — дубак,
я замерз, я насквозь здесь вывернут.
Знаешь, жизнь на севере тем груба,
что за каждым шагом есть рытвина.
Но и тем добра, что заставит встать,
что научит, возможно, большему.
Впрочем, знаешь, наверное, я устал
и советы мои непрошены.
А ты там, где каждое слово — «да»,
поезда и года — в эпизодах,
… показать весь текст …

Он болтался по миру босым и счастливым,
Рисовал на руках перевернутых птиц,
Собирал из разбросанных жизней мотивы,
Был растрепан ветрами, был тих, бледнолиц.
Что-то страстно шептал, что-то мерил словами,
Щедро душу кромсал и дарил по кускам,
Ну, конечно же, нам, проходя между нами,
И, конечно, другим, проходя по векам.
Он болтался пешком по рукам, по вокзалам,
То случайная жизнь, то случайный расстрел.
Только времени вот никогда не хватало.
Каждый что-то кричал. Каждый что-то хотел.
Безусловно, для блага, а как же иначе.
Безусловно, ему, не себе, не себе.
… показать весь текст …

Все устоялось.
Жизнь течет спокойно,
Как молоко по теплому плечу.
Я белым небом, словно тряпкой, кроюсь,
И ничего здесь больше не хочу.
Я как курган, по мне скребется ветер,
Во мне веками мелется песок.
И ничего не нужно, чтобы верить
В победу склок или конечность строк.
Я как ладонь — давно уже разжата,
Смотрю сквозь пальцы в жалованный вид,
В простой пейзаж- квартира, труд, деньжата,
И одинокость словно не болит.
Уговорил свой пыл смириться с явью,
… показать весь текст …

Не нужно гадать на болотном чертополохе, не нужно искать правду в выжатой воде, не нужно заглядывать в чад свечей, не нужно ходить к мудрым бабкам с пустыми глазами пьяниц… Потому что ответ на все вопросы ты найдешь в себе. Так оторвись на мгновение от пристального изучения чужих ломких ошибок, от сплетничества и судачества, от жадного обнюхивания чужой любви, чужой судьбы… Загляни в зеркало, посмотри в свои собственные глаза.

Если существует сила слова,
значит есть и магия имен:
ты мое гортанное, целованное,
внутреннее,
сложносочиненное,
подчиненное одной моей руке
имя на жемчужном языке.
Значит есть стекающее медом,
звучно углубленное в глаза,
пряное,
потерями обглоданное,
сказанное всем, но несказанное
имя — тишины молочной зябь
на устах зовущего тебя.

Ты слышишь, Время? Я с тобой согласен.
Мы все не те, кем родились вчера.
Как будто то, что было раньше ясень —
Теперь костер, горящая листва.
Как будто все, все в мире без опоры,
А значит толк от жизни невелик.
Еще: ты знаешь, почему люблю я город?
На фоне камня мы — лишь краткий миг.
Да, эти мысли — тупики, убийцы,
Мы с ними — рожь в сезон большой косьбы.
Но эта горечь не дает забыться,
И что важнее — не дает забыть
Стоящих рядом или тех далеких.
Да, незнакомых, но ведь не чужих.
… показать весь текст …

Да что там быт в стаканчике на донышке,
когда всех бед — кольнуло у груди,
к такой беде приложишь подорожник —
и кончилось.
И больше не болит.
Нет, брат, ты так живи, как остро чуят сущее,
как умирают за народы на крестах,
ты так живи, как раздираясь сучьями,
бегут сквозь бурелом в своих страстях.
Ты так живи — отчаянно, размашисто,
ты так люби, как любят в 20 лет,
когда уже оставлено монашество,
и женщина вдруг предстает — как свет.
Ты так живи — красиво, дерзко, смело,
… показать весь текст …

Так дайте мне дорожный посох,
Чтоб разглядеть однажды смог
Среди ответов без вопросов
Я истину в пыли дорог.

Мода диктует брать солнце и вешать на стену,
мода диктует частный закрытый свет,
стричь мысли коротко и похмеляться сеном,
радужно и перспективно плевать на всех,
мода диктует смешные пшеничные шляпки,
а я хожу в джинсах, порванных клыками собак,
а я в коридорах быта горбато шаркаю
и каждую душу пытаюсь спасти за так.
Хотя бы одну — вот эту, с острыми скулами,
с мокрыми перьями, налипшими на лицо,
пока еще проходную, пока еще тусклую,
я кутаю ее в свои руки и рву сухостой.
Я в ней зажигаю свечи — ведь их там тысячи,
я в ней нахожу осмысление или суть,
… показать весь текст …