О том, что подлость заразительна
И через воздух размножается,
Известно всем, но утешительно,
Что ей не каждый заражается.

Крайне просто природа сама
разбирается в нашей типичности:
чем у личности больше ума,
тем печальней судьба этой личности.

Игорь Губерман

* * * * *
И. Губерману…

ПЕРЕВЁРТЫШ

Это просто «эффект поплавка»:
те в природе торчат кверху попой,
… показать весь текст …

В евреев мир утратил веру,
Никак не может мир понять
Евреев наглую манеру
Отпор убийцам учинять.

Лично я и раболепен и жесток,

и покуда такова моя природа,

демократия — искусственный

цветок,

неживучий без охраны и ухода

Подозрительна мне атмосфера безусловного поклонения, ибо очень сомнительна вера, отвергающая сомнения.

Моих друзей ласкают Музы, менять лежанку их не тянет, они солидны, как арбузы: растёт живот и кончик вянет.

Не в силах нас ни смех, ни грех
свернуть с пути отважного,
мы строим счастье сразу всех,
и нам плевать на каждого.

За то люблю я разгильдяев,
блаженных духом, как тюлень,
что нет меж ними негодяев
и делать пакости им лень.

Да, в небесах заключается брак, там есть у многих таинственный враг.

Рука ФАртуны загребает
Из неизведанных глубин
И в АгалтелАм расп____дяе
Вдруг АбъявляеЦа раввин

Я с русской речью так пАвязан
Любя её ручьи и реки
Шо я по двум пАрою фразам
Судить мАгу, А челАвеке

С азартом жить на свете так опасно,
любые так рискованны пути,
что понял я однажды очень ясно:
живым из этой жизни — не уйти.

Когда клубится страх кромешный
и тьму пронзает лай погонь,
благословен любой, посмевший
не задувать в себе огонь.

Вечно и Везде — за справедливость
Длится непрерывное сраженье;
В том, что ничего не изменилось, —
Главное, быть может достиженье.

А верю я всему покамест:
наступит светлая пора,
детей в семью приносит аист,
вожди желают нам добра…

Изведав быстрых дней теченье,
Я не скрываю опыт свой:
Ученье свет. А НЕученье -
Уменье пользаваться тьмой.

Умельцы выходов и входов,
Настырны, въедливы и прытки,
Евреи есть у всех народов,
А у еврейского — в избытке.

У старой водокачки, где садик и беседка,
играли две собачки — как папа и соседка.

Напрасно мы стучимся лбом о стену,
пытаясь осветить свои потемки;
в безумии режимов есть система,
которую увидят лишь потомки.

Тюрьмой сегодня пахнет мир земной,
Тюрьма сочится в души и умы,
И каждый, кто смиряется с тюрьмой,
Становится строителем тюрьмы.