Различия между шизофренией и паранойей

Если выделяется одна навязчивая идея — это паранойя.
Если не выделяется — это шизофрения.

Если идея одна и простая — это паранойя.
Если идея сложная или идей много — это шизофрения.

Если вас преследуют — это паранойя.
Если вы преследуете кого-то — это шизофрения.

Если у них есть тайная организация — это паранойя.
Если у вас есть сверхценная идея — это шизофрения.

Если вы уделяете кому-то много внимания — это паранойя.
Если вам не уделяют должного внимания — это шизофрения.

Если кругом Наполеоны — это паранойя.
Если вы Наполеон — это шизофрения.

Если окружающие смотрят на вас как на говно — это паранойя.
Если вы смотрите на окружающих как на говно — это шизофрения.
Сергей Морозов

Лицо Евгения Евтушенко в телевизионной беседе с Соломоном Волковым похоже на лицо мумии. Гримасничанье, округление глаз, белый налёт в уголках рта, глубокомысленные паузы, после которых не следует ничего существенного — вот остаточные впечатления от этого интервью. Может быть на радио это бы и сошло, но здесь…
Он не ведёт донжуанского списка, но всех помнит. Он рассказывает, как Белла, обидевшись, вытаскивала из заначки бутылку пива и пирожное — и он показывает, как она исподлобья глядя на него,…
… показать весь текст …

Беспокойство — глист, требующий постоянной жратвы. Самое интересное, что оно выблядок пустоты и лени. Казалось бы, ну что может родится от пустоты, от ничего? Но потаскуха лень, развалив чресла, умудряется зачать. И плод начинает расти. И вскоре становится таких размеров, что заполняет всё. Диффузирует в мозги, сердце, душу. Глист должен жить в кишечнике, но беспокойство глист- монстр. Эта сволочь требует, чтоб от него избавились. Жил бы себе потихоньку — спал, просыпался, перекусил секундочку и опять спать, так ведь нет, ему внимания подавай, он верещит: «Избавься от меня, избавься от меня!»

Надо сказать этой гадине:" Сгинь, я помер! Для тебя я труп. Поживится нечем, вали отсюда навсегда!"

Потом встать со своей задницы, и дать пинка под задницу лени.

Сделать зарядку, принять холодный душ, выпить кофе с французским крекером и написать антиоду беспокойству.

Бабий век — просо: пришёл петушок, склевал и ушёл. А курочке-то грустно и обидно.

У России — дураки и дороги, а у меня — дети и соцсети…

Промежуточное место между гениями и графоманами уверенно занимают поэтессы!