Он раньше всех сменил окраску,
Чувствуя, что золотом налит.
Сорвавшись с ветки, падая, парил,
И верил, что летит.

Он грезил, что создан для любви,
Купаться будет в солнечной купели,
Прожилки его маленькой души
От счастья трепетали, пели.

Но хлынул дождь, и он к земле прибит
Струями, как гвоздями на распятье.
Уже не юноша, старик,
Сморщенное жёлтое запястье.

И чей-то тонкий каблучок
Пронзил его насквозь,
Вслед потянулся, но итог, —
Упавший будет сброшен вновь.

Чуть-чуть светает позже,
Чуть-чуть прохладней ночь,
Всё жаром пышет полдень,
Всё чаще сыплет дождь,

То ливнем разразится.
Как влажный воздух пьян!
От палых, перезревших,
Плодов и пряных трав.

Качнул верхушкой август,
Не веря в свой исход,
И нам ещё внушает,
Что лето не уйдёт.
… показать весь текст …

Он страшен был во гневе,
Ещё страшнее были муки совести его.
Во гневе он становился злее,
Отмучившись, спешил творить добро.

В этом мире немало нежности,
Если встретишь, чу!.., не вспугни.
Этой нежности в утренней свежести
Так щемящ бледный лик Луны.

В конце лета дыхание осени
Ощутимо прохладой ночной,
В красках неба всё больше просини,
Первым падает лист, что иссушен жарой.

В тихой заводи розовы лотосы,
Их вдохнёшь — аромат неземной.
Жизнь подкинет и чёрные полосы,
Не сейчас, прошу, только — потом.

Крутится жизнь, как под ногами собака,
Бывает, кусает, а ты, накось, — куси.
Мир — большая шестая палата,
Но есть же дорога, и надо идти.

Мы сами кладбище в себе возводим,
Хороним там, кто еще живой,
Мосты сжигаем, пеплом присыпаем
На раны., а то и сыплем соль.
Не греют только угли и зола,
И снова ищем брод
В надежде, что откликнется душа,
Но снова роем ров,
Спохватимся, его начнем мостить…
Всего то надо лишь простить.