Из жизни

И увязла мечта в долгом омуте дней
словно муха в резиновом клее.
И по улицам осени души людей
гонит ветер, как листья в аллее.

Когда один — ты в полной мере,
До глубины осознаёшь
Уединенья самоложь
И истинную боль потери.

***
Можно пальцем писать на стекле,
если стекла судьбы запотели,
если ходят часы по стене,
отмеряя шагами потери.
Можно пальцем писать на стекле
и сквозь буквы прозрачного слова
вдруг увидеть себя на земле,
но себя не такого… иного.
На стекле можно пальцем писать
о любви, о свободе, как будто
влажной дымкой минут через пять
не затянет прозрачные буквы.

У человека тайна есть,
не надо в эту тайну лезть.
Желает неслучайно
остаться тайной тайна.
Не жаль, когда и там, и тут
про жизнь твою базар ведут,
но только бы детали
в углах не смаковали.
И тайна селится в душе
на самом верхнем этаже,
где нет чужого взгляда,
а в душу лезть не надо.

И музыка, и свет,
и ранняя весна,
и женский силуэт
у ясного окна,

и жизни мерный ход
и мысли плавный бег…
Как странно: тает лёд,
и счастлив человек.

Я сегодня думал о тебе,
и ничуть не меньше, чем вчера.
О любви я думал, о судьбе
и о том, что прочее — мура.
Думал я ещё, что нас во мгле
связывает тоненькая нить,
и о том, зачем всё это мне,
думал я, пытался объяснить.
Но из дум не вышло ничего.
И тогда у сердца я спросил,
почему он обречено
на любовь, которой не просил?
Рваный ритм услышал я в ответ
и туман увидел впереди.
… показать весь текст …