Сомневаться «до» — это осторожность.
Сомневаться «в процессе» — это самоубийство.

Черновик Бога

Одиночество. Для многих это слово, звучит,
как приговор. Как наказание за большие
грехи. Словно, одинокий человек, это больной
человек, инвалид, у которого нет чего-то
важного. Все ищут свою вторую половинку,
тратя на это жизнь, и находя себе человека,
которого они могут считать таковым. Бывает
и так, и это чаще всего, что человек не найдя
свою вторую половинку, находит просто
человека, с которым согласен прожить жизнь,
или определенную ее часть. Именно страх
перед одиночеством, толкает большинство
людей, в отношения и жизнь с теми, кто им совсем не подходит, кто пьет их кровь и без
конца трепет нервы. Но, они считают себя не одинокими, и ради этого, готовы жить хоть с Дьяволом, лишь бы не быть одному.
… показать весь текст …

Вы почувствуете друг друга душой. А душа
умнее ума в этих делах.
Пройдет какое-то время, и вы поймете, что не можете друг на друга долго злится. Более
того, не можете злится по настоящему. То есть, вы можете вспылить, психануть,
обидеться. Но злится и ненавидеть друг
друга. Вряд ли. Между вами всегда есть то,
что сильнее и важнее ваших конфликтов и сор.
Есть в конце концов ВЫ, и это сильнее и больше, чем разбросанные по дому носки,
забытые дни рождения мамы, и все те абсурдные вещи, из-за которых, люди готовы
друг друга ненавидя поубивать. По-сути,
смешно и глупо, люди складывают свою
жизнь.

Тамара Васильевна вышла на работу после продолжительной болезни. А болела она последнее время часто: сначала отца похоронила, потом — мать, за ними и сына. Сплошные неприятности вконец сломили её так, что ни спать, ни жить, не было сил.

Всё это было в прошлом — почти год прошел… А сейчас она сидела за рабочим столом и допивала остывший чай. Только вчера, во время остаточных приступов ломки, после приема закончившейся упаковки антидепрессантов, выписанных невропатологом полгода назад,

Тамар…
… показать весь текст …

Сегодня Бог разрушил жизни прозу.
И что? Я отношусь к нему любя.
Он знает, не порушь сию угрозу,
То скука бы разрушила меня.

— Почему все люди не могут просто быть счастливы?
— Этого я не знаю. Может быть, потому, что тогда господу богу было бы скучно?
— Нет. Не поэтому.
— А почему же?
— Потому, что он боится.
— Боится? Чего же?
— Если бы все были счастливы, никакой бог не был бы нужен.