Как я живу? Как будто понарошку,
Из всех соперниц выбирая смерть —
Среди пустоголовых и дотошных
Уж лучше пустоглазую терпеть.
Она несчастна — хоть и неживая,
Но не мертва — совсем как Вечный Жид,
Она идёт по свету, забывая,
Что никуда уже не убежит.
Её пути лежат всё в том же мире,
Где всё уже засмотрено до дыр,
Где новости — затёртое в эфире,
Что сам затёрт — почти как самый мир,
Где каждый текст — всего лишь гиперссылка,
Ведущая любого в никуда,
Где текст творится из цитат-опилок,
Приправленных эпиграфами. Да,
Сорняк растёт и знает, что алмазов
Кругом полно, но не стыдится их:
Сорвёт бездарность, чтоб в строку размазать,
Ведь строчка, в общем, то же, что и стих.
А смерть не видит — ей и так хватает
Того, что все — любые из любых —
Придут к ней под руку — неважно, что за раем.
Придут ведь к ней — и кто там вспомнит их.
И я живу — безумно и бездарно,
Не жду её, но помню, что придёт,
Возможно, ночью, или утром рано,
Когда уже наступит мой черёд.
Пока — живу, как будто понарошку,
И правлю строчки, и рублю сорняк
У основанья — тихо, понемножку,
Успешно — ибо точно знаю, как.
Я жду её, когда совсем устану
И кажется, что вот и мой черёд,
Но вот — строка, а значит, слишком рано,
И значит, что сегодня — не придёт.
