Не так давно по соцсетям гуляла фраза: «Тридцать -- это те же двадцать, только более самостоятельная, ухоженная и уверенная в себе». Разменявшие четвёртый десяток дуры вцепились во фразу бульдожьими хватками, изнасиловав ею «Вконтакт» и «Инстаграм».
Давайте разберёмся: действительно ли тридцать -- это те же двадцать? Имеет ли такая точка зрения право на существование? Не является ли она смешной и жалкой?
Вы согласны с тем, что один из смыслов высказывания заключается в том, что женщина в тридцать лет может выглядеть не хуже, чем она выглядела в двадцать? Я согласна.
Вы согласны с тем, что здоровый образ жизни, регулярный и качественный уход за собой и уровень современной косметологии позволяют женщинам выглядеть лет на 10 моложе своего паспортного возраста? Я согласна.
В возрасте за тридцать можно иметь тело, качество которого выше, чем у двадцатилетних, и выглядеть молодо тоже можно. Было бы время, желание, терпение и здоровье. Да, трудно. Да, с усилиями. Но можно.
Далеко не всякая тридцатилетняя женщина выглядит на двадцать. Далеко не всякая тридцатилетняя женщина ухожена. Далеко не всякая женщина к своим тридцати годам становится самостоятельной и уверенной в себе. И, тем не менее, такие женщины есть. Мало, но есть.
Вопрос -- в том, могут ли эти женщины составить конкуренцию двадцатилетним в том смысле, который избившие фразу курицы в неё вкладывают. А смысл -- вполне определённый: мужики. Они, родимые.
Может ли самостоятельная и уверенная в себе красотка, которой тридцать, но которая выглядит не хуже двадцатилетних, быть для мужчин, как минимум, не менее желанной, чем двадцатилетняя девчонка?
Для подавляющего большинства мужчин -- нет. Процент тонких и звонких красоток среди двадцатилетних намного выше, чем среди тридцатилетних, но даже если откопать в куче тридцатилетнего говна тонкую и звонкую девушку-бриллиант, большинство мужчин предпочтёт ей двадцатилетнюю. И дело тут -- совсем не во внешности.
Влюблённые двадцатилетние смотрят на мужчин совершенно иначе, чем мы. Мы так не умеем. Как бы прекрасно мы ни выглядели, как бы ни изображали молодость души, в душе нам столько лет, сколько мы прожили. Можно, конечно, нацепить на башку ободок с кружевными ушками Микки Мауса и впасть в детство, но к молодости души эти кривлянья отношения не имеют.
К тридцати годам у нас у всех есть жизненный опыт, который никуда не деть. Именно он делает лучших из нас душевно зрелыми. Именно он мешает нам смотреть на мужчин так, как это делают двадцатилетние, а именно: подключив к процессу просмотра собственное воображение.
В двадцать лет мы умели смотреть на мужчин, приукрашая действительность. Мы умели лепить из них супер-героев в своих же глазах. Мужчины это чувствовали и в какой-то момент начинали верить: «Да, мы такие».
Становились ли они при этом героями? Нет. Быть героем и чувствовать себя им -- разные вещи, но, чёрт возьми, как же это круто -- чувствовать. Усилий -- никаких, а ощущения -- наиприятнейшие. В отличие, от быть, что: а) нудно, бэ) трудно.
В двадцать лет мы умели не замечать противоречий между услышанным собственными ушами и увиденным собственными глазами. Когда нам было двадцать, мы могли на слово поверить мужику с пузом в том, что он волевой, а уверенно выпивающий мачо, рассуждающий о силе собственного характера, не вызывал у нас когнитивного диссонанса. Мы были влюблены в собственное чувство влюблённости.
Я абсолютно уверена в том, что девчонка, которая кайфует от чувства собственной влюблённости и, глядя на мужчину, видит в нём супер-героя, а не человека, у которого бывает понос и который до сих пор в глубине души обижен на свою мать, является намного более приятной спутницей, чем тридцатилетняя женщина, которая видит реальность во всём её неприкрытом свете.
Реальность, как правило, пресна, скучна и неинтересна как мятая сторублёвка. Радости на неё купишь не больше, чем на сторублёвку, а жизнь -- одна, и прожить её нужно как можно радостнее.
Мужчины любят двадцатилетних не только потому, что они выглядят в массе своей лучше, но и потому, что от них -- больше радости. Влюблённые молодые девчонки смотрят на мужчин так, что те, будучи заурядными, чувствуют себя уникальными. Двадцатилетние дарят мужчинам иллюзию, что и у тех ещё -- всё впереди, хотя по факту впереди там -- разве что лысина, пузо и эректильная дисфункция.
