Уйдя подальше от порога
И сидя под кустом ореховым,
За чайкой наблюдает Гоголь,
Но птичка улетает к Чехову.

Увы, привычная картина,
Ведь прецедент был создан ранее,
Когда над планом думал Минин,
А мысль отправилась к Сусанину.

С тех пор в истории немало
Подобных случаев у гениев:
Собачек истребляет Павлов,
А все претензии — к Тургеневу.

Давно трудящиеся массы
Забыли про решенье дерзкое —
«Блестит» на ордене — Черкасов,
А орден — Александра Невского.

Сатирик пишет «хохотушки»,
Но слава — Карцеву да Ильченко.
Заглавие рождает Пушкин,
А подпись…
подпись ставит Бильченко.

Так было… так будет: за болью — усталость,
За мигом — года, за вопросами — лица.
Привычно. И то, что в веках повторялось,
Конечно, опять и опять повторится.

В невидимой прорези звездной копилки
Исчезнет до завтра всё та же монета,
И, в стынущий город упершись затылком,
Прошепчет кому-то прохожий: «Ну, где ты?»

Над крышами снова поднимется парус
Из вечно-холодного темного шелка,
Вдохнут мостовые летящий стеклярус,
И скажет прохожий: «Осколки… осколки».
… показать весь текст …

Устал. Бросаешь тапок в телевизор
не в силах лицезреть без мата хари.
Выходишь в мир (пока еще без визы),
где много лет «работает» сценарий:

доволен бомж скамейкою-постелью,
кричит банкир о том, что денег мало,
а те, кто взял и вышел из шинели,
гадают, сколько в ней еще осталось.

На Бронной, на Арбате, на Манежной,
везде дантесы с запахом муската:
одни — стреляют в гениев неспешно,
другие — ищут золото аббата.
… показать весь текст …

Откуси провода, разбери на запчасти будильник,
Врежь кувалдой по стенке, сломай в нашем доме карниз,
Закопай магнитолу, электроплиту и мобильник,
Для чего? Для того, чтоб исполнить мой женский каприз.
Разломай, демонтируй, сожги хоть чего-нибудь, милый.
Оторви, наконец, рукава у пальто и дохи.
Если ты, ненаглядный, исполнить желанья не в силах,
Я тебя накажу…
и свои почитаю стихи.

из ничего безлико и бесполо
шел снег, но видно было, как вдали
бесшумные безличные глаголы
искали время в темени Земли…
и, не найдя, летели облаками,
ложились коркой льда на мостовых,
в дома стучали градом
и ветрами впивались в клетки временно живых,
где «он», «она», «они», «оно» трусливо
не признавали брошенного «я».
а те — без лиц — легко, неторопливо
пленяли «свой», «свои», «своё», «своя».
то сразу всех, а то попеременно,
кого — в утиль, кого — за частокол.
… показать весь текст …

Здесь …

здесь тихо дремлют облака на дне колодца,
и цапля моется в прохладном хрустале…
здесь век за веком слезы раненого солнца
грибным дождём летят к измученной земле.

к полям опять спешат ветра с опушки леса,
и в сотый раз им шепчет сгорбленная рожь:
«скажите людям: вас не ждут в раю небесном,
ведь рай земной давно „ушел“ за медный грош».

но здесь, как прежде, над рекой звенят стрекозы,
парят кресты, в бурьяне прячется зола…
… показать весь текст …