Будешь молиться за других, а за тебя все небо
будет ходатайствовать.

Молясь за живых и умерших, надобно от всего сердца с любовью произносить эти имена, как бы нося в душе те лица, имена которых поминаешь… Вообще надо, чтобы слова молитвы как ключ живой воды из родника своего, — чтобы они были искренним голосом сердца, не были чужой заимствованной одеждой, чужими руками.

Молитва нужна не для Бога, а для тебя, ленивый молитвенник или не молящийся вовсе; она — сила, свет, пища и питие для души твоей, охрана твоя, страж твой, безопасность твоя. В тебе сидит, глубоко закутавшись во всякий вид греха, глупый, капризный, своенравный и злой, больной твой ребенок — и вместе с ним старый, ветхий человек, унаследовавший от первого родоначальника, поддавшегося лести диавола, — отца лжи и всякого зла. Вот для него-то крайне нужна молитва постоянная, как врачевство, как свет и пища, как руководство согрешающему, ему нужно и непрестанное покаяние.

Старательно завоёвывая себе место под солнцем
всегда следует помнить,
что на небе звезду в ясный день не видать.

У северян удивительно голубые глаза. Видимо, они так редко видят голубое небо, что память о нём оставляют у себя в глазах.

Планка святости упирается в небо.