В сумасшедшем доме каждый мог говорить всё, что взбредёт ему в голову, словно в парламенте

После вакханалий и оргий всегда приходит моральное похмелье.

А если говорить насчёт честности, то это, конечно, вещь прекрасная, с нею человек далеко пойдёт. Ну, всё равно как при состязании в ходьбе: как только начнёшь мошенничать и бежать, так моментально сходишь с дистанции.

Нигде никогда никто не интересовался судьбой невинного человека.

Ныне героев нет, а есть убойный скот и мясники в генеральных штабах.

Кто любит говорить двусмысленности, сначала должен их обдумать. Откровенный человек…
… показать весь текст …

Бросаться направо и налево дерьмом — аргументация более или менее убедительная, но интеллигентный человек даже в состоянии раздражения или в споре не должен прибегать к подобным выражениям.

…Все эстеты — гомосексуалисты; это вытекает из самой сущности эстетизма.

В толстого эрцгерцога вернее попадешь, чем в тощего.

Без жульничества тоже нельзя. Если бы все люди заботились только о благополучии других, то еще скорее передрались бы между собой.

Военно-юридический аппарат был великолепен. Такой…
… показать весь текст …

— Нет, ни в коем случае, мой юный друг, — произнес банкир Вильямc, обращаясь к молодому человеку, который сидел напротив, задрав ноги на спинку стула. — Никогда, господин Чейвин! Выслушайте меня внимательно и попытайтесь чему-нибудь научиться.

Вы просите руки моей дочери Лотты. Вам, очевидно, хотелось бы стать моим зятем. В конечном счете вы надеетесь получить наследство. Минутой раньше на мой вопрос, есть ли у вас состояние, вы ответили, что получаете только двести долларов дохода.

Мистер Вил…
… показать весь текст …

— Короче говоря, — сказал Швейк, — ВАШЕ ДЕЛО ДРЯНЬ, НО ТЕРЯТЬ НАДЕЖДЫ НЕ СЛЕДУЕТ, — как говорил цыган Янечек в Пльзени, когда в тысяча восемьсот семдесят девятом году его приговорили к повещению за убийство двух человек с целью грабежа…

Это произошло в день великого поста, когда воспитанники исправительного дома должны были в арестантской одежде стоять в зале на коленях и молиться богу. Неожиданно надзиратель Отченашек ворвался в столовую, где вместе с директором и тремя учителями находился еще капеллан Кавка, который набивал себе желудок разными сортами жареной и вареной рыбы, запивая все это вином.
— Пан директор, — выпалил Отченашек, — прошу прощения, этот мерзавец Колета съел таракана!
Обеду пришел конец. Капеллан бросил об…
… показать весь текст …