АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Вирджиния Вулф (Ты что, никогда? Ы — ТАК! Ы — ВСЕГДА! Ы — НИКОГДА!)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Утопить камень в реке с полными карманами боли может, подчинить поток сознания викторианскому быту — нет.

Провести миссис Дэллоуэй сквозь пульс лондонского утра может, заглушить голоса в тишине Рода — нет.

Оставить комнату своей и только своей наедине с маяком может, раствориться в чужих ожиданиях — нет.

Расколоть время на мгновение и вечность может, склеить плоский хронометр рассудка — нет.

Нет Вирджинии Вулф без потока чистой рефлексии.

Нет миссис Дэллоуэй без ударов лондонских часов.

Нет Маяка без спасительного луча сквозь туман.

Нет Орландо без векового преображения полов.

Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если викторианский порядок — цепь — нет, значит, поток сознания — всегда!

Если линейное время — граница — нет, значит, портал мгновения — всегда!

Если косный быт — пепел — нет, значит, звезда высокой литературы — всегда!

Если отчаяние — тупик — нет, значит, прорыв в волны Уза — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Шум мостовой Пикадилли и тишина угасающего разума — ОДНОВРЕМЕННО.

Хрупкость человеческого я и несокрушимость текста — ОДНОВРЕМЕННО.

Мужское и женское в бессмертии Орландо — ОДНОВРЕМЕННО.

«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО

Я и ваш чопорный чопорный суд — СЛЕПО.

Я и ваш страх перед голосами — ТЕСНО.

Я и ваш мертвый чопорный покой — МИМО!

Я и Камни в пальто у реки — РАСТАЙ.

Я и Пыль литературных салонов — СГОРИ.

Я и Оковы рассудочных схем — РУХНИ.

Я и Границы традиционного романа — ЛОПНИ.

ВИРДЖИНИЯ ВУЛФ ПОЙМАЛА ПОТОК ЖИЗНИ В СЕТИ СЛОВ, А ТЫ ЧТО, НИКОГДА?! — СМЕШНО!

Я и ВЗРЫВ ПОТОКА СОЗНАНИЯ — КРИЧИТ.

Я и ВИРДЖИНИЯ ВУЛФ — ЗДЕСЬ!

Ы — ТАК!

Ы — ВСЕГДА!

Ы — НИКОГДА!

Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЁТ!

Я и Грязь чопорных сплетен — В НИЧТО.

Я и Страх перед безумием — В ПЫЛЬ.

Я и Клеймо тонкокожего гения — ВДРЕБЕЗГИ.

Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.

Я и СЛОВО-СКАНЛЬПЕЛЬ — НАВЕК!

Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши медицинские пилюли от бури — СМЕШНО.

Я и ваши советы «взять себя в руки» — СМЕШНО.

Я и ваши плоские сюжеты — СМЕШНО.

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.

Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.

Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.

Я и Границы восприятия — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА НАД ВРЕМЕНЕМ — ЗДЕСЬ.

Я и БЕССМЕРТИЕ ПОТОКА — ЗДЕСЬ.

Я и ВЕЛИЧИЕ ВИРДЖИНИИ — ЗДЕСЬ.

Я и ПРИЗНАНИЕ АБСОЛЮТА — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» в холодных водах реки измерить — НЕВОЗМОЖНО.

Взрыв Логоса в письмах к Вите Сэквилл-Уэст просчитать — НЕВОЗМОЖНО.

Волю Мастера, создавшего «Собственную комнату», остановить — НЕВОЗМОЖНО.

Тень Прорыва сквозь удары Биг-Бена поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и совет — никогда!

Я и ВИРДЖИНИЯ ВУЛФ — ВСЕГДА!

Я и СВОБОДА ПОТОКА ЧУВСТВ — ВСЕГДА!

Я и Ы — ВСЕГДА!

Я и Ы — НИКОГДА ДЛЯ ВИКТОРИАНСКОЙ ПЛЕСЕНИ!

Да, это — так!

Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ

Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.

Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.

Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.

Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.

Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.

Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.

Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.

Вирджиния Вулф, убери «никогда» из карманов с камнями.

Кларисса Дэллоуэй, убери «никогда» из праздничного вечера.

Орландо, убери «никогда» из четырех веков одиночества.

ЛИРИЧЕСКОЕ ИНТЕРМЕЦЦО: ПЛЯСКА ПАРАДОКСОВ

Танцуют парой — сволота и срамота,

И не закончат пляску никогда.

Танцуют парой — чопорность и духота,

И не поймут потока никогда.

Танцуют парой — догма и слепота,

И не достигнут Мая никогда.

Танцуют парой — косность и пустота,

И не услышат волны никогда.

Танцуют парой — фальшь и мерзота,

И не постигнут Логос никогда.

Сволота плюс срамота — никогда!

Чопорность плюс духота — никогда!

Догма плюс слепота — никогда!

Косность плюс пустота — никогда!

Фальшь плюс мерзота — никогда!

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:

Я взял хрупкий, звенящий нерв Вирджинии Вулф, революционный прорыв её потока сознания, магию «Маяка» и «Собственной комнаты», смешал их с бескомпромиссным вопросом «Ты что, никогда?!» и бросил в плавильный котел авангарда. Прежних литературных берегов больше нет: над рекой времени возвышается чистый, пульсирующий, абсолютный маяк «Ы»!
 — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля?

ТАК!

Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.

Я И Ы — ВСЕГДА!

Ы — ТАК! Ы — ВСЕГДА! Ы — НИКОГДА!

ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

Психологический судебный триллер, экзистенциальная драма

LOG-LINE: Молодой писатель Макcим, желая написать роман посильнее Достоевского, втянут в абсурдную цепь случайностей: связки чужих ключей, «убегавшие» карлики, ложные обвинения и 10 000 бредовых проекций на детекторе лжи. Для того, чтобы вспомнить и объяснить, человеку нужно время думать — но этот росчерк времени ему не дают. Максима забрасывают снежным комом бреда и мешают вспомнить ход событий, не дают ничего объяснить, а, как попугая,…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку

Буратино Я и Карабас-Буратоз — НИКОГДА. Золотой ключ от потайной двери в Сверх-Мир.

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Лгать может, стать правдой — может.

Деревянным быть, остаться куклой — нет.

Сломать верёвку может, служить кукловоду — нет.
… показать весь текст …

Человек всю жизнь куда-то спешит, топчется на месте, а потом говорит, что прошел длинную дорогу. Утром он просыпается и решает, что жизнь — это барабан, чтобы постоянно во что-то бить. — Начнёшь каркать — всё проворонишь! — часто повторял он себе, пытаясь доказать, что в очевидном сомневаться нужно вдвойне.
Словно уставшая птица, он садился на табурет и рассуждал: не устраивай курице разбор полетов. Вся эта суета казалась абсурдной, но мудрец внутри него точно знал: что бы ты ни делал — ты ищешь любовь. И даже когда поезд давно ушел, он философски улыбался, ведь если поезд ушел, то с ним ушел и вагон проблем.

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …