Жить назло другим — не понимаю,
Да и как-то, в бытность, не хочу.
На задворках чуждого мышленья
Я об истине своей всегда молчу.
Расплескаю память по оврагам,
Призову серебряных котов
И возьму котомку, что полегче,
Да в дорогу дальнюю — без слов.
От бетонно-арматурных улиц,
С запахом пропана да гнилья,
Ухожу в сиреневые зори,
С фотокамерой — по тропам бытия.
Ухожу от городского быта,
От «цивилизованных» людей,
К тем былинам сказочно-фольклорным,
На завалинках облупленных скорбей.
Где туман ложится на осоку,
Словно саван, сотканный из снов,
Я найду приют в лесу глубоком,
Вдалеке от вывесок и слов.
Там, где время плавится в криницах,
Отражая вечность в глубине,
Буду я в неписаных страницах
Видеть то, что скрыто в тишине.
Пусть в рюкзаке — лишь горсть сухих соцветий,
Да старый объектив, как верный глаз,
Я стану тенью, что гуляет в свете,
Вне рамок, вне суждений, вне прикрас.
Там, где природа шепчется с ветрами,
Стирая грани «можно» и «нельзя»,
Я стану частью той, что под ногами —
Земли, где не нужны мои друзья.
И в кадре, что застынет на мгновенье,
Впитав в себя дыхание полей,
Останется лишь чистое смиренье
Пред мудростью немых лесных теней.
Никто не спросит, где я и откуда,
Зачем ушел, оставив шумный мир,
Ведь жизнь сама — единственное чудо,
Где каждый сам себе и свет, и пир.
Жить на зло другим
© Улиана 325
