Слова оскомину набили
о вечной жизни, о любви,
о счастье, противостояньи,
на всем земном, людском пути.

А в экзосфере полумрака
сидели два Творца миров
и в незатейливой беседе
вели вселенский разговор.

Один сказал: — Я создал Свет
и Землю, так же,
на ней травы,
деревья, реки и моря,
рыб, птиц, животных,
чтобы, друзья мои,
из сонма ангелов прекрасных
слагали песни и музыку
для радости и бытия.

Другой сказал: — Я создал Тьму,
ночное небо, в небе — звезды,
планеты: Марс, Сатурн, Плутон
и тень незрячую судьбы.
А так же бури и шторма,
громы и молнии, цунами,
чтобы равновесье между нами
царило в мире стратосфер.

Я создал вирус — человека,
чтобы творения твои
он стер с лица твоей Земли.

Один сказал: — Я создал счастье,
любовь, свободу, доброту,
чтобы люди, поняв,
наслаждались,
мою увидев красоту.

Другой сказал: — Я создал деньги,
наживу, власть, разврат, тоску.
Я создал зависть и убийства,
а так же Гитлеров, войну.

Один молчал, и весов чаша
его спускалась во тьму.
Другая поднималась выше,
смеясь в лицо Творцу — Отцу.
 — Но ведь не все тебе подвластны!
Есть те, кто славит красоту,
кто, несмотря на все страданья,
мне говорит: «Тебя люблю!»

Другой, махнув рукою властной,
к себе все храмы притянул
и показал, как там лукавят,
и черным это зачеркнул.
 — Никто, никто в тебя не верит!
Иди себе! — сказал другой. —
Я буду править бесконечно
на небесах и над Землей.

Пошел Господь и вдруг услышал,
как птички славили Его,
а так же травы, древы, волны —
все то, что создал Он давно.

С тоской смотрел на человека,
дотрагиваясь до душ.
Но человек Его не слышал,
размениваясь на фартовый куш.

На небе грянул гром, сверкнула
строптиво молния, и тут
все люди вдруг перекрестились:
«Не дай Господь чего-нибудь!»

Он улыбался, веря в вирус,
который все равно поймет,
что нет другой такой планеты,
где он в красе чудес живет.

Пройдут века, и только громы
да ночь в прекрасном блике звезд
напомнят о былом величьи
двух Вечно Царственных Господ.

Сибирь