Ходят слухи, что вы обсуждаете «Гарри Поттера и Дары Смерти: Часть 2». Я стараюсь не поддаваться эмоциям, но на самом деле, это была одна из тех сцен: мы все знали, что она будет. Это была последняя сцена, которую мы снимали. Тот момент, когда я как бы отложил свою волшебную палочку на платформе девять и три четверти на вокзале Кингс-Кросс, и подумал, что больше никогда не буду её держать, что же, правда в том, что те, кто работал над фильмом, провели довольно серьезное исследование, чтобы понять, как мы будем выглядеть 19 лет спустя, когда снимали ту сцену. Они изучали фотографии моих братьев, а у меня их 3, они старше меня, — смотрели на моего отца, на их линию роста волос, на цвет лица. На основе этого они придумали, как Драко будет выглядеть спустя 19 лет, что, на мой взгляд, было довольно несправедливо по сравнению с Гарри и Роном, но я рад, что могу исправить это, находясь здесь и показывая вам, как Драко выглядит на самом деле 19 лет спустя. Думаю, это куда более лестный образ, чем тот, что сделали в фильмах. Но это был потрясающий день.
Конечно, мы понимали, что это конец. И это были не декорации и не студия-мы снимали прямо на вокзале Кингс-Кросс. Это было очень круто. Еще круче то, что я искренне думал, будто это был последний день, когда я не думал, что когда-либо буду волшебником. И вот я здесь. Мы с Гарри Поттером делим одну гримерку в бродвейской постановке спектакля «Гарри Поттер и Проклятое дитя». Это кажется чем-то нереальным и удивительным, вернуться сюда, на Бродвей, в «Проклятое дитя», о чём я даже не мог мечтать. Мне очень повезло.
