Мне кажется, если человек не хочет туда вернуться-значит, в прошлом у него все было не ахти. Либо наоборот-сейчас он счастлив, как моллюск во время прилива, и возвращаться назад, только оттягивать счастливые моменты своей будущей жизни.

Как мне подсказывает мой скромный опыт, здоровые люди жалеют себя гораздо чаще, чем те, кто вызывает жалость своим внешним видом у этих здоровых людей.

Отдельная подготовка каждой песни очень важна, но не меньшее значение имеет и место, которое она будет занимать в программе. Существует особая прогрессия, постепенное повышение напряжения. Нужно предусмотреть и необходимые минуты разрядки и отдыха. Нужно также объединить все песни по двум-трем смежным темам, но не впасть при этом в однообразие.

Иногда нам оставляли хлеб и сыр. Их делить было легко, но говоря по совести, у нас частенько было только одно куриное яйцо.

Было так хорошо сознавать, что меня ожидали контракты, что на афишах стояло моё имя, что люди говорили: «Вот этого надо пойти посмотреть. Он поёт-ты увидишь, он прямо создан для пения, но выглядит он, как мы с тобой, точно так же, вот увидишь, только он поёт».

Кто проститутки,
А кто сутенеры,
Нам не дано понять.
Кто имеет и кого.

К концу жизни
Понимаешь-блядь!
Ты была проституткой,
И богиней была.

Ты была примадонной,
Ты в тень ушла.
Ты стала просвещаться,
Как ситец на ветру.
… показать весь текст …

Мама разрезает хлебец вдоль, кладет в него кусок рокфора, заворачивает в газету и торопится вслед за отцом. Они идут на работу. Мы остаемся одни: сестра, брат и я. В те дни, когда отец и мать задерживались на работе и возвращались только вечером, изнемогая от усталости, нам часто приходилось делить на троих одно яйцо: одно-единственное.

Я не пишу исповедь, а также не отдаю на суд читателя свой интимный дневник. Мне не нужно ни перед кем оправдываться. Страстные и бурные душевные излияния хороши только в романах, в правдивом же рассказе о былом они производят впечатление нескромной болтовни.

Выход книги для меня эксперимент, самовыражение. На страницах-вся моя жизнь в разные периоды времени. Я не могу заранее знать мнений читателей, но все же, я верю, что каждый сможет найти в моих стихах частичку себя. Критика меня не пугает, мне нечего терять. Мой девиз-отчаянность.

—Я буду жить в своем новом доме наедине со своим снежным комочком, моим маленьким белым пуделем. Я зову его Маф. О, конечно, я бы предпочла быть в браке и иметь детей и мужчину, которого нужно любить, но в жизни не всегда может быть так, как хотел ты. Вы должны принять то, что встречается на вашем пути. Я живу одна и ненавижу это!

Как нам узнать, о боли, которую другой испытал в прошлом? Уж не говоря, обо всем, что он таскает за собой. Если, на пути желательно оставлять, другому пространство, но сколько ненормально носить в себе? Я думаю, что любить смело, это лучше всего, а принимать нужно ровно столько, сколько сможешь вынести.

—Слова песни «Beat it» выражают то, как я поступил бы в беде. Их смысл — мы должны испытать отвращение к насилию. В это я глубоко верю. Песня советует подросткам быть благоразумными и избегать неприятностей. Речь не о том, чтобы подставлять другую щеку, когда кто-то бьет тебя по физиономии. Если нет другого выхода, надо просто уйти, прежде чем пойдут в ход кулаки. Если ты погибнешь в драке, то не получишь ничего, а потеряешь все. Проигрываешь ты, а также те, кто тебя любит. Вот на какие мысли должна наводить «Bеаt it». Для меня истинная отвага — решить спор без драки, быть достаточно мудрым, чтобы осуществить это решение.

—Родился я в Гэри, штат Индиана, вечером, в конце лета 1958 года-я был 7 из 9 детей в нашей семье. Отец мой, Джо Джексон, родился в Арканзасе и в 1949 году женился на моей матери, Кэтрин Скруз, родом из Алабамы. На следующий год родилась моя сестра Морин, которой выпала тяжкая доля быть старшим ребенком. За ней последовали Джеки, Тито, Джермэйн, Ла Тойя и Марлон, а после меня родились Рэнди и Джанет.