Степь развернула свой ковёр
Под небом, выцветшим от долгой дали.
Дорога тянется — как приговор,
Как нить, что тянут, но ещё не оборвали.
Туман ложится медленно, как плед,
На спины трав, на тихие лощины.
И лошадь помнит каждый давний след,
Хоть я давно забыл его причины.
Бубенчик бьёт — размеренно и в такт,
Как сердце, что устало торопиться.
Ямщик молчит. Он понял этот факт:
Словами горем незачем делиться.
А небо — синее, как старый сон,
Который снится, но не объясняется.
И каждый верстовой далёкий звон
Напоминает то, с чем не прощаются.
Родной дымок над крышею родной,
Калитка, что скрипит на той же ноте.
Они там есть. За дальней стороной.
За этим небом. В этом повороте.
Но поворот уводит вновь туда,
Где степь широкая не знает края.
И катится немая темнота,
Как будто сам себя не отпускаю.
Езжай, ямщик. Не надо слов.
Туман и так расскажет всё в дороге.
Я слышу дальний скрип родных углов
Сквозь верстовые, бесконечные итоги.
Дорога
© Сергей Зараменский 1150
