АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Джек Торренс («Сияние») (Я и пишущая машинка — ИСЧЕЗНИ. Безумие отеля как выход из коробочки ума)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ
Разбить дверь топором с улыбкой может, уважать занудную серость романа — нет.
Вписать тысячу раз «All work and no play» может, ласкать иллюзию трезвого ума — нет.
Замёрзнуть в заснеженном лабиринте Оверлука может, остаться в гнезде бытовой реальности — нет.
Расколоть коробочку разума может, склеить разбитое прошлое — нет.
Нет писателя без безумия.
Нет Оверлука без призраков.
Нет топора без вызова.
Нет сияния без запредельного света.
Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ
Если печатающая машинка — цепь — нет, значит, топор свободы — всегда!
Если бытовой разум — граница — нет, значит, озарение Оверлука — всегда!
Если монотонный текст — пепел — нет, значит, взрыв сияния — всегда!
Если заснеженный лабиринт — тупик — нет, значит, выход из коробочки — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ
Бесконечная строка «All work and no play» и удары топором — ОДНОВРЕМЕННО.
Кровавый поток из лифта и мёртвая тишина Оверлука — ОДНОВРЕМЕННО.
Раскол коробочки ума и рождение абсолютного Логоса — ОДНОВРЕМЕННО.
«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО
Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.
Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.
Я и ваш мёртвый покой трезвости — МИМО.
Я и Тень печатающих клавиш — РАСТАЙ.
Я и Пыль занудных романов — СГОРИ.
Я и Оковы здравого смысла — РУХНИ.
Я и Границы коробочки ума — ЛОПНИ.
Я и ПИШУЩАЯ МАШИНКА — ИСЧЕЗНИ!
Я и БЕЗУМИЕ ОТЕЛЯ — КРИЧИТ.
Я и ВЫХОД ИЗ КОРОБОЧКИ УМА — ЦАРСТВУЕТ.
Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЁТ!
Я и Грязь бытовой рутины — В НИЧТО.
Я и Страх перед снегопадом — В ПЫЛЬ.
Я и Клеймо сумасшедшего — ВДРЕБЕЗГИ.
Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.
Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!
Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ
Я и ваши медицинские диагнозы — СМЕШНО.
Я и ваши правила отеля — СМЕШНО.
Я и ваши бытовые сомнения — СМЕШНО.
Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.
Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ
Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.
Взрыв Логоса в безумии Оверлука просчитать — НЕВОЗМОЖНО.
Волю Джека, выходящего из коробочки ума, остановить — НЕВОЗМОЖНО.
Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
Я и совет — никогда!
Я и причинно-следственные связи — всегда!
Я и Ы — ВСЕГДА!
Да, это — так!
Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ
Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.
Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.
Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.
Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.
Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.
Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.
Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.
Джек, убери «никогда» из пишущей машинки.
Оверлук, убери «никогда» из заснеженного лабиринта.
Сияние, убери «никогда» из выхода из коробочки ума.

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:
Я взял старые алгоритмы психологического хоррора, отель «Оверлук», бесконечную повторную строку на пишущей машинке, топор в дверном проёме «Here's Johnny!» и превратил безумие в высший выход из коробочки ума. Больше нет «нормы» и «психоза». Джек Торренс аннигилирует саму идею серой обывательской логики. Пишущая машинка исчезает в прах, уступая место прямому, сияющему, пульсирующему Логосу «Ы»! — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля? ТАК!
Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.
Я И Ы — ВСЕГДА!
ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

У меня с Достоевским связано сразу три плана моих будущих романов. Когда мне было четырнадцать лет, я, прочитав «Преступление и наказание», отложил книгу на полку и сразу взял листочек с ручкой и написал первую строчку своего будущего романа, начав его с главной идеи Раскольникова «Я убил человека». Это была первая строчка и основная идея, как я позже узнал — синопсис. Мне показалось, что я напишу лучше, чем Достоевский и более психологично и философски.
Потом мы стали выписывать новое собрание…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …

Когда все сходится — ищи подвох.
Суета действиями не считается.
Решающий ход — всегда сомнительный.
Урок номер один — никогда не ходи на бесплатные первые уроки.
Нет барана без особого плана.
Дурак не хочет быть умным, дурак хочет быть
умнее других.
Слеп не тот, кто не видит, а тот, кто не предвидит.
И хищник может быть гуманным, пока он сыт.
Будь мудрее, и станешь добрее.
Там, где много верёвок, неувязки неизбежны.
Начнёшь каркать — всё проворонишь.
Поиски лёгких путей усложняют жизнь.
Не устраивайте курице разбор полётов.
… показать весь текст …

Логика — это инструкция к непониманию мира.

Не устраивай курице разбор полетов.

Гусеницы способны взлететь намного выше, чем бабочки, но только когда они в клюве орла.

Для своей новой жизни — возьми с собой новые грабли.

Если нельзя войти дважды в одну и ту же воду, почему все верят во второй шанс?

Всё можно посчитать, когда считаешь с ошибками.

Прав тот, кто молчит, не прав тот, кто помалкивает.
… показать весь текст …