Синопсис

Максима в спину, исподтишка, незаметно допрашивают так, что Максим не замечает, что он на допросе. Единственное, что Максиму многократно говорят, что «ты маньяк», но Максим не обращает внимание на эти слова и ничего не замечает.
Через пять лет после начала допроса Максим вспоминает, что вокруг него говорили какие-то странные «ключевые» реплики, а, значит, он не виновен, его подставили, его использовали «как ключ». Но адвокаты не подсказывают Максиму вспомнить все случаи, когда вокруг него говорили шифры.
А через три года Максим вспоминает, что он с детства жил в театре и его много раз предупреждали и передразнивали, а он не обращал внимания на предупреждения, а, значит не виновен. Но адвокаты не подсказывают Максиму вспомнить все случаи (контрольные точки) когда его предупреждали.
Вместо этого сами адвокаты учетверяют Максиму ложные обвинения, делают «ложные контрольные точки и ложную регрессию», говорят, что от Максима убегают карлики и все, что движется и не движется и начинают сами проектировать ему десять тысяч проекций с убеганием от него всего и вся и говорят, что он маньяк.
Потом оказывается, что Максим был сразу прав. Он свидетель спецоперации и ключ от спецоперации, у него случайно совпали шифры в дневнике и анаграммы в стихах, его случайно приняли за переписчика и допрос сразу был не нужен, вернее допрос был через двойную игру и ложную версию, на самом деле выясняли, чей Максим переписчик, а, если бы Максиму все объяснили адвокаты, Максим бы сразу все вспомнил и объяснил, и осознал, и сразу был доказал и обосновал, что допрос не нужен и он не виновен.
Максима предали адвокаты, им самим нужен был не нужный допрос через ложную версию. Адвокаты сами разоблачали переписчика.

СУД НАД НЕЗАМЕТНЫМ ДОПРОСОМ: АННИГИЛЯЦИЯ ТЕНЕВОЙ ШПИОНОМАНИИ

Экзистенциально-поэтическая трагедия о предательстве защиты в одном действии

МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ ПРОЛОГ ДЛЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ АКАДЕМИЙ

Эта пьеса — зенит онтологического театра Сверх-Модерна, шедевр метафизического реализма, созданный для изучения в литературных институтах как образцовый эталон драматургии XXI века. Она исследует изощрённую форму процессуального подлога — «допрос исподтишка», когда человека годами допрашивают в спину, шепча ему «ты маньяк», пока он ничего не подозревает.

Главный герой, Максим, — не обвиняемый, а Живой Ключ и Свидетель Спецоперации Бытия. Настоящие шифры в его дневниках и анаграммы в стихах — лишь божественные, случайные совпадения свободного поэтического Логоса. Однако адвокаты-предатели затеяли двойную игру. Чтобы выведать, чьим «переписчиком» является Максим, они утаили от него его собственную память: и «ключевые реплики», вспомненные им через пять лет, и тридцать пять предупреждений Космического Театра детства, вспомненные ещё через три года.

Вместо защиты адвокаты сами учетверили ложь, спроецировав десять тысяч упреков о «бегущих карликах» и «бегстве всей материи». Но прозрение Сверх-Субъекта мгновенно аннигилирует весь этот ненужный, сфабрикованный допрос.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

• МАКСИМ — Сверх-Субъект, Живой Ключ, Поэт Совпадений. Безоружен, чист, носит в памяти тридцать пять контрольных точек Истины.

• ПЕРВЫЙ АДВОКАТ (БУРАТОЗ-ШЁПОТ) — организатор «допроса в спину», внедрявший установку «ты маньяк».

• ВТОРОЙ АДВОКАТ (МАСТЕР ДВОЙНОЙ ИГРЫ) — фабрикатор, утаивавший предупреждения ради разоблачения «Переписчика».

• СУДЬЯ ТЕНЕВОЙ ШУМ — парящая занавесь, шипящая фантомными обвинениями.

Декорации: Сцена — изнанка театральной рампы. За спиной Максима висят длинные, подобные паутине, чёрные микрофоны и проекторы. В центре — Максим на прозрачном кубе. Свет — таинственный ультрамарин, прорезаемый ослепительными фиолетовыми вспышками.

СЦЕНА ЕДИНСТВЕННАЯ

Звучит непрерывный, ядовитый шёпот из-за спины: «Ты маньяк… Ты маньяк…» Максим сидит спокойно, не обращая внимания на гул.

ПЕРВЫЙ АДВОКАТ

(шепчет в микрофон за спиной Максима)

Восемь лет допроса в спину! Восемь лет незаметной работы!

Мы шептали ему «маньяк», но он не реагировал!

Пять лет назад он начал вспоминать «ключевые реплики» — мы скрыли от него, что он Ключ!

Три года назад он вспомнил, что жил в театре и его предупреждали тридцать пять раз —

но мы заблокировали эту память!

Мы учетверили ложные обвинения! Мы запустили десять тысяч проекций с бегущими карликами!

ВТОРОЙ АДВОКАТ

(лихорадочно перебирая стихи Максима)

Да! Защита ему не нужна! Нам нужен его Куратор!

Мы использовали ложную версию, чтобы выведать, чьи анаграммы он переписывает!

Мы сдали его, чтобы стать главными разоблачителями «Переписчика»!

МАКСИМ

(медленно поворачивается к адвокатам; микрофоны-паутины за его спиной со звоном рвутся)

Какое трусливое, подлое предательство…

Вы допрашивали меня в спину, надеясь сделать из Ключа — подсудимого!

Вы шептали мне «маньяк», вы придумывали бегство карликов и материи,

потому что боялись признать очевидное: я невинен!

Я — Свидетель и Ключ Спецоперации, а не ваш «клоун-переписчик»!

Все шифры в моих дневниках и анаграммы в стихах —

это не донесения штаба, а свободная, божественная игра совпадений!

Вы утаили тридцать пять предупреждений моего театрального детства,

потому что с ними ваша двойная игра рассыпалась бы в первый же день!

Вам нужен был этот ненужный допрос, чтобы выслужить чины перед системой!

Но я помню всё! Я осознал вашу ложь!

Смотрите, как ваши теневые микрофоны сгорают в огне «Ы»!

(Максим встаёт. Проекторы и микрофоны за его спиной вспыхивают фиолетово-белым пламенем. Адвокаты осыпаются серой пылью. Он декламирует Сверх-Манифест.)

Ы-генезис абсолютного разума: АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Быть Свидетелем Спецоперации может, подчиниться допросу в спину — нет.

Расколоть предательский сговор адвокатов может, ласкать их шёпот — нет.

Сгореть в полете анаграммы может, остаться в гнезде Буратозов — нет.

Осознать тридцать пять предупреждений может, склеить разбитое прошлое — нет.

Нет людей без любви.

Нет Ключа без абсолютной невинности.

Нет театра без контрольных точек.

Нет поэта без свободного Логоса.

Нет вечности без «Ы»!

ЧАСТЬ II. КВАНТОВЫЙ РАЗРЫВ

Если незаметный допрос — цепь — нет, значит, осознание — всегда!

Если теневой шёпот — граница — нет, значит, портал — всегда!

Если ложная версия адвокатов — пепел — нет, значит, звезда — всегда!

Если предательство защиты — тупик — нет, значит, прорыв — всегда!

ЧАСТЬ III. СИНГУЛЯРНОСТЬ ОДНОВРЕМЕННОСТИ

Секретный Ключ и чистые совпадения — ОДНОВРЕМЕННО.

Тридцать пять предупреждений и теневой допрос — ОДНОВРЕМЕННО.

Анаграммы стиха и паника Буратозов — ОДНОВРЕМЕННО.

«Я» и «не-Я» — ОДНОВРЕМЕННО.

ЧАСТЬ IV. ТРИБУНАЛ НЕВИДИМОГО

Я и ваш ханжеский суд — СЛЕПО.

Я и ваш праведный страх — ТЕСНО.

Я и ваш допрос исподтишка — МИМО!

Я и Тень адвокатского предательства — РАСТАЙ.

Я и Пыль сфабрикованных проекций — СГОРИ.

Я и Оковы теневых шёпотов — РУХНИ.

Я и Границы фальшивых уголовных дел — ЛОПНИ!

Я и КЛЮЧ СПЕЦОПЕРАЦИИ — ЗДЕСЬ!

Я и ТРИДЦАТЬ ПЯТЬ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЙ — ВСЕГДА!

Я и ВЕЛИЧИЕ ОРИГИНАЛА — ЦАРСТВУЕТ.

Я и МОЙ ЛОГОС — ЖИВЕТ!

Я и Грязь наговоров — В НИЧТО.

Я и Страх перед ложной охотой — В ПЫЛЬ.

Я и Клеймо переписчика — ВДРЕБЕЗГИ!

Я и Тень Буратозов — ПРОЧЬ.

Я и СЛОВО-КЛИНОК — НАВЕК!

Я и Ы — ТАК!

ЧАСТЬ V. АННИГИЛЯЦИЯ ЛОГИКИ

Я и ваши допросы в спину — СМЕШНО.

Я и ваши двойные версии — СМЕШНО.

Я и ваши поиски Куратора — СМЕШНО.

Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.

Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.

Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.

Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.

Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.

Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.

Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!

ЧАСТЬ VI. ВЕЛИКИЙ АУДИТ БЫТИЯ

Глубину «Ы» измерить — НЕВОЗМОЖНО.

Взрыв Логоса в совпадениях анаграмм просчитать — НЕВОЗМОЖНО.

Волю Свободного Поэта остановить — НЕВОЗМОЖНО.

Тень Прорыва поймать — НЕВОЗМОЖНО.

ЧАСТЬ VII. ЭЛЕВАТОР АБСОЛЮТА

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и совет — никогда!

Я и причинно-следственные связи — всегда!

Я и Ы — ВСЕГДА!

Да, это — так!

Так — всегда!

ЧАСТЬ VIII. ДЕГЕРМЕНЕВТИКА ОТРИЦАНИЯ

Коля, убери «никогда» из эмоционального поля.

Вера, убери «никогда» из винтажной атмосферы.

Максим, убери «никогда» из медвежьей шкуры.

Раскольников, убери «никогда» из кандального шага.

Соня, убери «никогда» из жёлтого билета.

Юра, убери «никогда» из супрематических стихов.

Цыган, убери «никогда» из звенящих бубенцов.

Адвокат, убери «никогда» из допроса в спину.

Шёпот, убери «никогда» из предательской версии.

ЭПИЛОГ-МАНИФЕСТ СВЕРХ-ПОЭТА:

Я взял старые алгоритмы теневого процессуального насилия, допрос в спину, предательство адвокатов, скрывших реальные контрольные точки памяти, фальшивые проекции бегства и подверг их тотальному термоядерному синтезу Сверх-Я. Больше нет «тайных допросов» и «ложных переписчиков». Максим аннигилирует саму идею процессуальной манипуляции. Теневой шёпот рассыпается в прах перед чистым, сияющим Логосом «Ы». Его тридцать пять предупреждений — это абсолютная, незапятнанная константа невиновности!
 — А Вы точно поэт, а не сам Архитектор Вселенной, переписавший коды реальности на языке нового стиля?

ТАК!

Я И ГЕНИАЛЬНОСТЬ — ЗДЕСЬ.

Я И Ы — ВСЕГДА!

ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!

(Шторы и теневые микрофоны со звоном падают. Адвокаты превращаются в кучки сухой серой бумаги. Вся сцена заливается ослепительным фиолетово-белым светом, и Максим делает свободный шаг в бесконечную сингулярность неба.)

КОНЕЦ ПЬЕСЫ

Жил-был флюгер. Кузнец выковал его однажды в жаркой искре — тонкую стрелку с крыльями, гордо изогнутую, с глазами из меди. Кузнец сказал ему: «Ты будешь указывать, куда тянет небо». Флюгер поверил: думал, он — хозяин своих движений, хранитель истины ветра.

Поставили его на шпиль замка. Утром ветер шептал, днем — рвал, ночью — стихал. Каждый порыв отдавался в тонком теле флюгера; он вертелся, склонялся, сопротивлялся и соглашался. И с каждым поворотом росло в нём ощущение горечи: не он выбирает…
… показать весь текст …

У меня с Достоевским связано сразу три плана моих будущих романов. Когда мне было четырнадцать лет, я, прочитав «Преступление и наказание», отложил книгу на полку и сразу взял листочек с ручкой и написал первую строчку своего будущего романа, начав его с главной идеи Раскольникова «Я убил человека». Это была первая строчка и основная идея, как я позже узнал — синопсис. Мне показалось, что я напишу лучше, чем Достоевский и более психологично и философски.
Потом мы стали выписывать новое собрание…
… показать весь текст …

АННИГИЛЯЦИЯ АЛГОРИТМОВ

(Сверх-цикл нового стиля Хокку-Тубокку)

Григорий Печорин (Аннигиляция дуэльных страхов и скуки эпохи)

ЧАСТЬ I. ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ АСИММЕТРИЯ ВОЛИ

Разрушить чужую судьбу может, построить свою — нет.

Царапнуть сердце Белы может, ласкать её прах — нет.

Сгореть в полете дуэли может, остаться в гнезде покоя — нет.
… показать весь текст …

Когда все сходится — ищи подвох.
Суета действиями не считается.
Решающий ход — всегда сомнительный.
Урок номер один — никогда не ходи на бесплатные первые уроки.
Нет барана без особого плана.
Дурак не хочет быть умным, дурак хочет быть
умнее других.
Слеп не тот, кто не видит, а тот, кто не предвидит.
И хищник может быть гуманным, пока он сыт.
Будь мудрее, и станешь добрее.
Там, где много верёвок, неувязки неизбежны.
Начнёшь каркать — всё проворонишь.
Поиски лёгких путей усложняют жизнь.
Не устраивайте курице разбор полётов.
… показать весь текст …

(Квантовая драма в одном акте. Стиль: ТУБОККУ)

Место действия: Юридическая палата, обклеенная страницами из дневника Максима. По углам прячутся тени, имитирующие карликов.
Действующие лица:
• АДВОКАТ СЕРЫЙ — Мастер двойной игры.
• АДВОКАТ ЧЕРНЫЙ — Ловец анаграмм.
• МАКСИМ — Писатель-Титан, запертый в коде.

(Адвокаты шепчутся, их голоса вибрируют, создавая эффект Хичкока.)

СЕРЫЙ: Напишем в протоколе: «От него убегают карлики». Это идеальный бред. Пока толпа обсуждает гномов, мы взломаем ег…
… показать весь текст …