Женщина — это не просто дыханье
Тёплого дома, вечерних огней.
В ней просыпается мира звучанье,
Тайная музыка дальних морей.
В ней — не слабость, когда она плачет,
И не каприз — если молча уйдёт.
Сердце её до последнего значит,
Помнит, надеется, любит и ждёт.
Она замечает незримые трещины
Там, где другим всё привычно и просто.
Ей не нужны объяснения вечные —
Взгляд иногда говорит слишком остро.
Она читает по паузам в речи,
По тишине между сказанных слов.
Ей открываются сумрачным вечером
Тайные двери чужих берегов.
Женщина может смеяться беспечно,
Солнце носить в непослушных волосах,
Но под улыбкой — пространства бесконечны,
Ветры, молитвы, тревоги и страх.
Ей не всегда объяснить, что случилось:
Сердце — не схема, не точный расчёт.
Просто однажды внутри надломилось
То, что никто никогда не вернёт.
Берегите её откровения —
Не превращайте доверие в лёд.
Каждое нежное прикосновение
Или спасёт, или болью пройдёт.
Не говорите: «Забудется, стерпится»,
Если в глазах у неё глубина.
Женщина долго с разбитым сердцем
Может стоять, как живая стена.
Будет другим улыбаться приветливо,
Будет дела свои делать, спеша,
Только внутри, осторожно и медленно,
Будет учиться не плакать душа.
Не обесценивай сказанное шёпотом,
Не предавай её веру в тебя.
Боль иногда не бывает с грохотом —
Болью становится полувзгляд.
Женщина любит не ровно, не выгодно,
Не по таблице заслуг и побед.
Если впускает — то в самую глубину,
Где для случайных присутствия нет.
Там, за спокойствием, строгим молчанием,
Может скрываться бездонная мгла.
Там её нежность становится пламенем,
Если любовь её дом обрела.
Она способна подняться из пепла,
Даже когда не осталось крыла.
Станет сильнее, чем прежде, и светлой,
Если судьба её болью сожгла.
Но не испытывай силу намеренно,
Не проверяй, сколько выдержит грудь.
Самое крепкое сердце, наверное,
Тоже однажды способно уснуть.
Когда остынет — не будет ни грома,
Ни обвинений, ни горьких речей.
Просто исчезнет из прежнего дома
Свет, что казался привычным ничей.
И ты поймёшь среди позднего холода,
Как не хватало её теплоты:
Той, что была и смешной, и несобранной,
Той, что умела прощать с высоты.
Женщина — не награда мужчине,
Не отражение чьей-то судьбы.
Она — вселенная в собственной силе,
Вольное сердце, дыханье весны.
Ей не нужна твоя жалость фальшивая,
Громкие клятвы на пару минут.
Ей бы надёжности — тихой, настоящей,
Где не предадут, не солгут, не согнут.
Где её голос услышан внимательно,
Где её страх не сочтут пустяком.
Где её любят не лишь обаятельной —
Любят уставшей, тревожной, живой.
Пусть у неё будут руки свободные
Не для того, чтобы всё удержать.
Пусть будут рядом сердца благородные,
С кем не придётся себя уменьшать.
Пусть ей позволят быть разной и подлинной:
Сильной и хрупкой, как дождь за окном.
Пусть её чувства останутся огненными,
Но не сгорят в одиночестве том.
Женщина чувствует глубже, чем сказано,
Видит душою сквозь маски и дым.
И, если любит — становится праздником
Даже для мира, который остыл.
Береги её нежность. Не требуй безмерного.
Будь не хозяином — верным плечом.
И тогда её сердце, великое, верное,
Станет для вас самым светлым огнём.
«Живая стена»
© Илья Колоянов 44
