«Плотный воздух августа»
Свет клейкий, как медовый полумрак.
В прозрачных парках, в тихом электрическом вагоне
Летит июль, последний свой сжигая флаг.
Еще трава горячая, как рана,
Еще река прозрачна до костей,
Но в воздухе — усталое «пора нам»,
Забытое в карманах у ветвей.
А скоро август — сделан из прощаний,
Из запаха надломленных дождем теней,
Из ламп, что вспыхнут в окнах ожиданий,
Из поздних писем, не дошедших до людей.
В ветвях густых застряли разговоры,
Которые никто не произнес.
И звезды, как забытые дикторы эфира,
Сошли с небес, чтоб шепотом прочесть прогноз.
Прогноз такой: грозы, листопады,
Ночной туман на кромке проводов,
И чьи-то шаги — как последнее «ладно»,
Когда уже не веришь в чудо снов.
А скоро август: черный чай на кухне,
Где пар, как дух, выходит из времён,
И ты сидишь, в потёртой мягкой рубашонке,
Над миром из немыслимых имён.
Все планы — птицы, машут крылья, тают,
Забытый список дел горит в окне.
И то, что не сбылось, не упрекает,
А тихо сядет рядом в тишине.
Из сада пахнет яблоками, дымом,
Огнем костров, упрямым, как исток.
И кажется: все было нерешимо —
Но август разрешает твой срок.
Он скажет: «Смотри, я не прозрачен,
Я плотный воздух, спелая вода.
В моей ладони все, чего ты ждал бы,
Когда еще не знал про города.
Я принесу тебе ночные трассы,
Где фары пишут знаки на шоссе,
И детский шёпот в школьном коридоре,
Где твое будущее прячется в «завсе…»
А скоро август — выпуклый и звездный,
Он держит в горсти солнечный кристалл,
И ты, как клен, еще стоишь серьезный,
Не веря, что уже почти опал.
Но в этот миг, когда цикады стихнут,
И дождь войдет по локоть в теплый лес,
Ты вдруг поймешь: вся жизнь — не ряд из титров,
А почерк Бога на краю небес.
И август этот — строчка в том письме же,
Где между строчек спрятан твой ответ:
Что значит — быть живым, не завтра, позже,
А здесь и сейчас, пока горит рассвет.
А скоро август. Слышишь? В перелеске
Уже кузнечик пробует мотив.
Достань из сердца детские записки
И прочитай, чем ты когда-то жил.
Пускай рассыплется ненужная усталость,
Пускай уйдут обиды в грустный дым.
Пусть станет светлой даже твоя жалость,
Как ливень, принятый сухим садом одним.
И, может, ночь вдруг сложится в признанье,
И город станет маленьким двором,
Где ты, забыв о возрасте и знаньях,
Пошлешь надежду августу костром.
Пусть пламя бьется, рыжее, упругое,
Лизнет твой страх и обратит в золу.
И ты поймешь: все пройденное — уголь,
Что грел твой шаг по мокрому полу.
А скоро август. В каждом тихом окне
Мерцает шанс родиться заново, живым.
Смотри, он входит мягко и высоко в тебе —
Не месяц даже, а огромный, теплый дым.
И если вдруг в тебе еще так тесно,
Что прошлое не сдвинуть с якорей,
Дай августу войти в твое созвездье
И стать началом новых кораблей.
А скоро август… Можно не бояться:
Он не разрушит, он переведет
Твою усталость в мягкое «остаться»
И твой изгойный путь — в священный взлет.