М.В.Добужинский - картина "Город в Николаевское время"
Картины по русской истории под редакцией И.Н.Кнебеля.
Павел Иванович Чичиков, посмотрев город, остался, как казалось, удовлетворен, «ибо нашел, что город никак не уступал другим губернским городам: сильно била в глаза желтая краска на каменных домах и скромно темнела серая на деревянных.
Дома были в один, два и полтора этажа с вечным мезонином, очень красивым, по мнению губернских архитекторов.
Местами эти дома казались затерянными среди широкой, как поле, улицы и нескончаемых деревянных заборов; местами сбивались в кучу, и здесь было заметно более движения народа и живости. Попадались почти смытые дождем вывески с кренделями и сапогами».
Подавляющее большинство строений в таком городе были деревянными. Центром, как и в Европе, была городская площадь с собором, где также располагались полицейское управление, дума и казначейство.
Многие дома, со своими огородами и плетнями, выглядели совсем по-деревенски. Улицы были, как правило, немощёные, весной и осенью по ним трудно было передвигаться.
Летом на улицах было пыльно, они зарастали травой, и на них паслись овцы и коровы. На улицу по старинке выбрасывали мусор, несмотря на строжайшее предписание начальства, и этот мусор с удовольствием пожирали пасшиеся тут же свиньи.
В 1825 г. из всех русских городов каменные здания преобладали над деревянными только в Вильне и Одессе — даже в Петербурге деревянных построек было вдвое больше, чем каменных. А в таких крупных городах, как Харьков и Полтава, дома были привычно крыты соломой, перемешанной с глиной и навозом.
В городах проживали мещане, то есть городские жители, а также купцы, разночинцы, солдаты, крестьяне, духовенство.
Во многих уездных городах почти все население упорно занималось хлебопашеством, в том числе лица духовного звания и даже чиновники, и чтобы отучить их от этого занятия в более поздние времена горожан нещадно карали.
По данным на 1835 г., городским, было примерно 6% населения России. Гимназии здесь стали открываться только в первой четверти XIX в., и лишь немногие города могли похвастать наличием в них нескольких учебных заведений.
В отличие от городов Запада, естественно возникших как пункты торгового обмена, многие русские поселения были возведены в ранг города решением правительства в связи с разделением России на губернии (1775).
В каждом квартале предписывалось иметь подрядчика для содержания и мощения улиц, для очищения их от нечистот, для содержания и зажигания фонарей, а также столб для развешивания объявлений.
В «Жалованной грамоте городам» предписывалось три раза в год собирать думу из избранных от населения гласных. Дума обсуждала общественные нужды и пользы, наблюдала за строительством и сохранностью зданий, за соблюдением мира и доброго согласия между жителями.
О нуждах и пользах дума сообщала губернатору. На собранные ею деньги она могла открывать школы и больницы, строить пристани и мосты.
Внешний облик города должен был соответствовать общему плану, а потому всякий, кто собирался возводить новый дом, должен был с этим планом соотноситься.
Число окон по фасаду, их ширина и высота, расстояние между окнами, форма крыши и материал для неё, а также цвета, в которые можно было окрасить дом, были предопределены.
То же с тротуарами: по краям их должны были стоять столбики определённой высоты на определённом расстоянии друг от друга. Вид столбиков был оговорён, и домовладельцу оставалось только выбрать, какими они будут — каменными или чугунными.
В подавляющем большинстве губернские города были небогаты. Без решения губернатора даже незначительные средства расходоваться не могли, но сметы составлялись нерегулярно. Бывали случаи, что трубы либо здание в ожидании очередного ремонта просто разваливались.
Но хотя городские доходы были невелики, в подавляющем большинстве случаев их хватало на содержание мест общественного управления и жалованье чиновникам, на содержание казарм, гауптвахт, тюрем, конюшен, манежей, шлагбаумов, освещение библиотек, солдатских школ и наём земли под военные лагеря.