…
Так они и не встретились.
Ведь жили в разных мирах:
он в густых лесах, на почти отвесных горах —
а ещё в самолётах, где-то между Сахой и Перу…
А она на ресепшене, в парикмахерской на углу.
Он искал — сам не зная, что именно и зачем.
Но старался и книги писал про то, как искал.
А она на ресепшене — да, пожалуйста, вот ваш чек…
ей и дела-то, вроде, не было до разных болот и скал.
Он за ноутбуком в палатке ночь не смыкает глаз,
а наутро опять — на какой-нибудь самолет…
А она вышла замуж.
И родила сынишку.
И развелась.
Больше замуж пока что её никто не зовёт.
Он угомонился. И денег добыл уже,
и немало женщин промяло его кровать.
Он зациклен на длинноногом их типаже —
на заводе таких бы пачками штамповать!
А она живёт всё по той же схеме — стирай и гладь,
на работу к восьми-тридцати… И забудь, как внутри болит.
Но ей снятся зачем-то горы… И звёздного неба гладь…
И ревущего самолёта тяжёлый винт…
И она каждый вечер идёт через парк одна,
крепко сжав рукою баллончик в кармане пальто.
Он на эти аллейки любит смотреть из окна,
рассуждая, что в жизни… ну, как-то вот всё не то,
наливая коньяк или кофе и вглядываясь в даль…
А у неё сын не сделал уроки… и на работу опять к восьми-
тридцати…
Так они до сих пор и не встретились…
Жаль,
чёрт возьми.
