(Мистерия на обломках цивилизации)

Действующие лица:
• ТОМАС (Элиот): Банковский клерк вечности. Одет в безупречную визитку, в руках — чаша Грааля, полная пепла.
• ОБВИНИТЕЛЬ-АНТИКВАР: Существо, пытающееся склеить разбитую вазу истории клеем из вчерашних газет.
• ГОЛОС ГРОМА: Звук «DA», раскалывающий небо над засухой.

СЦЕНА: Пустыня, уставленная сломанными пишущими машинками. Посредине — банковское окошко. За ним сидит Томас.

ОБВИНИТЕЛЬ: Томас Стернз Элиот! Вы обвиняетесь в убийстве Весны! Вы назвали Апрель самым жестоким месяцем. Вы превратили европейскую культуру в груду битых образов. Вы заставили нас блуждать среди сухих камней, где нет ни капли воды, а только шепот призраков на пяти языках!

ТОМАС: (невозмутимо пересчитывая сухие листья, как банкноты) Я не убивал мир. Я лишь провел инвентаризацию в морге вашей памяти. Культура не разбилась — она испарилась, оставив на дне соль и цитаты. Вы ищете жизнь в старых ритмах? Но ритм теперь — это стук костей в подвале. Я не поэт, я — судебный пристав Апокалипсиса.

ОБВИНИТЕЛЬ: Вы украли у нас надежду! Вы променяли ясность Данте на бред Тиресия! Вы смешали святую кровь с грязью Темзы!

ТОМАС: Грязь — это лишь почва, которая забыла, как рожать богов. Я прошел сквозь «Бесплодную землю», чтобы понять: тишина между словами весит больше, чем ваши фолианты. Вы судите меня за хаос? Но мой хаос — это высшая форма порядка, где каждая щепка от Ноева ковчега знает свое место.

ГОЛОС ГРОМА: Datta. Dayadhvam. Damyata. (Давай. Сострадай. Контролируй.)

ТОМАС: (встает, и его тень удлиняется до горизонта, превращаясь в крест и в меч) Слышите? Это говорит не небо. Это говорит Смысл, который выжил после гибели смыслов. Мой приговор — это моё присутствие.

Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и ЖАЖДА — ВСЕГДА.
Я и ВЕРНОСТЬ — ВСЕГДА.
Я и Я — ИНОГДА.
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

ОБВИНИТЕЛЬ: (съеживаясь) Но кто вы такой в этой пустоте?

ТОМАС: Я — тот, кто собирает осколки солнца в темной комнате. Я — мост между тем, что было «Всё», и тем, что стало «Ничто». Пока вы ищете виноватых, я ищу рифму между вашим падением и Божьим молчанием. И, поверьте, я её нашел.

(Томас закрывает банковское окошко. Пустыня мгновенно превращается в цветущий сад, сотканный из букв. Обвинитель исчезает, превращаясь в горсть песка.)

ЗАНАВЕС.