Ночь —
в клочья.
Снова небо…
разрывали.
Такой «салют»?
На праздник?
Я «просила»?
Под аккомпанемент
непрошеной войны,
Где в каждом звуке —
бешеная сила.
Сквозь крики…
огонь…
горящих тел…
Но каждый взрыв,
что тишину кромсает,
Лишь жажду жизни
в сердце воскрешает.
Считаю вспышки —
рваный пульс судьбы.
Мы —
выше страха.
Выше,
чем гробы.
Дожить.
До солнца.
До рассветных птиц.
Не опуская
сомкнутых ресниц.
И этот «праздник» —
чёрный сон —
Растает утром
за моим окном.
Умолкнет гром.
Осядет пыль и гарь.
Я перелистну
жизни календарь.
И в этой новой,
хрупкой тишине…
Я поклонюсь
и небу,
и весне.
Пусть враг стрелял —
я всё-таки жива.
Во мне звучат
бессмертные слова,
И этот день,
пробившийся
сквозь ад,
Дороже всех
несбывшихся
наград.