Не количество знаний делает человека разумным, а умение отличать правду от вымысла.

Термин «искусственный интеллект» ошибочен. То, что мы называем ИИ, на самом деле является искусственной программой, а не настоящим интеллектом. Даже если наука относит к интеллекту коллективные формы, как у насекомых, это тоже неточно, ведь истинный интеллект подразумевает наличие сознания, которым обладает только человек.

Одни видят в смерти акт расставания энергии с материей, духа с телом. Другие считают смерть просто естественным биологическим финалом жизни. Такая позиция способствует отстраниться от пугающей неизвестности, которую несет в себе это явление, и не углубляться в его более сложные интерпретации. Если научный взгляд на смерть не дает полного ответа, разумно будет обратиться к иным ресурсам познания. Мифология, например, предлагает нам иное направление: древние народы, в зависимости от своей культурной принадлежности, нередко персонифицировали смерть, описывая ее как осязаемую сущность. Здесь заложено нечто запредельное, ведь нередко смерть наступает вследствие пагубного воздействия негативных сил или же собственных неумеренных желаний, приводящих человека к полному отчаянию и суициду. Но если смерть — это полное исчезновение памяти и сознания, то всякая жизнь лишена значения.

Парадоксально, но чтобы научиться управлять собой, человеку нередко нужно сначала побыть под чьим-то контролем. Из этого следует, что власть нужна скорее для сдерживания деструктивного поведения, чем для того, чтобы формировать личность.

Единство людей обретается не через прогресс науки и техники, а через переосмысление и возрождение духовных ценностей.