Она брела по мертвому парку аттракционов, искореженному временем и запустением. Ржавые остовы каруселей, безмолвные качели-скрипуны, словно кости скелетов, торчали из земли. На сцене, где когда-то давали представления куклы, она увидела его. Израненный, задыхающийся, словно беглец с поля брани. Глаза его были прикрыты, а грудь тяжело вздымалась, будто каждый вдох давался с неимоверным трудом.
Страх не коснулся ее, желания прогнать — не возникло. Она приблизилась, опустилась на колени рядом, осторожно протянула руку и коснулась его волос, словно успокаивая дикого зверя. Он приоткрыл глаза и попытался повернуть голову, чтобы увидеть ее. Кто она? Друг или враг? В любом случае, сил подняться и защититься у него не было. Он был измотан до предела.
Она села рядом, ощущая его боль. Он, собрав остатки воли, приподнялся и прошептал: «Кто ты?» Ответа не последовало. Лишь спустя мгновение, ее взгляд, полный сочувствия, коснулся его измученного лица. «Ты устал. Обопрись на меня, если тяжело.»
Он заколебался, борясь с недоверием. Но усталость была сильнее сомнений. Осторожно приблизившись, он медленно опустил голову ей на плечо, прикрыл глаза и почти мгновенно провалился в зыбкий сон. Напряжение, сковывавшее его, постепенно отступало. Тишина вокруг обволакивала теплом и умиротворением.
Сквозь дрему он услышал едва различимое: «Спасибо». Она не ответила словами, но одарила его теплым, ласковым взглядом. Их руки сплелись в хрупком, но крепком замке. Тихие голоса, словно шепот ветра, разносились по затихшему парку. Они говорили обо всем на свете, словно ткали нить, связывающую их души.
Внезапно улыбка на ее лице померкла, когда он заговорил о море. Она никогда его не видела. Он же, казалось, объездил весь свет. Но ее грустный взгляд зажег в нем искру решимости. Он поднялся, протянул ей руку и произнес: «Пойдем со мной. Я покажу тебе море.» Он жаждал вернуть ей улыбку, хотел, чтобы она была счастлива.
© Сердце Пиноккио 185
