Бог помогает всем, когда вы по-настоящему, полностью беспомощны.
Но с того момента, когда вы берёте в свою руку камень, вы помогаете самому себе сами.

Когда ваше сердце полно благодарности, любая дверь, которая кажется закрытой, может привести вас к удивительным открытиям.

Жизнь великолепна, и каждый момент она приходит с тысячей и одним подарком для вас. Но вы так заняты, так поглощены мыслями с вашим желающим умом, вы так полны вашими мыслями, что вы отвергаете все эти подарки. Бог приходит постоянно; а вы продолжаете отказываться.

Человек становится Буддой в момент, когда он принимает всё, что приносит жизнь, с благодарностью.

Даже когда вы что-то делаете, это делает Бог. Вам только кажется, что вы что-то делаете.

Бог один. Бог индуистов, бог мусульман, бог христиан становится видимым как одно. Те, кто видит разных богов, — знай, что их глаза еще не видят Божественного, потому что Бог один. Луна одна, колодцев тысячи. И в тысячах колодцев тысячи разных отражений. Один колодец мусульманский, и в нем мусульманское отражение. Другой колодец индуистский, и в нем индуистское отражение. В одном колодце грязная вода, в другом чистая, и все отражения разные. Один колодец построен из мрамора, другой из обычной грязи и даже не обложен камнями. Эти различия могут создать и различия в отражении. Но то, что отражается, всегда одно. Отражений может быть много, но истина одна.

Днем звезды остаются
на небе так же, как и ночью, — они никуда не уходят, им некуда уйти. Они остаются там же,
где были ночью. Не то чтобы они появляются только ночью, а днем где-то прячутся — они
все время на одном месте — просто днем не хватает контраста. Вы их не видите, они кажутся
невидимыми.
Бог невидим. Если он захочет стать видимым, он раздвоится, он станет мужчиной и
женщиной. Он станет материей и духом, телом и душой, тем и этим. Только пара противоположностей становится видимой. Мир состоит из таких пар, мир двойствен. Когда для вас
эта двойственность растворится в единстве, вы станете невидимым…
Увидеть можно только двойственное, недвойственное становится невидимым.
Богу приходится раздваиваться, потому что только так может происходить эта игра.