Если не стремишься хотя бы немного возвыситься над собой, всю жизнь будешь чистить одежду в пыли и мыть ноги в грязи. Как же тут очиститься? Если хотя бы немного не отстранишься от мира, будешь подобен мотыльку, летящему в огонь, и барану, бодающему плетень. Как же тут обрести покой и счастье?

Не давай обещаний сгоряча, не сердись во хмелю, не строй планы в возбуждении, не думай о делах уставшим. (Хун Цзычен, 17 век)

Есть люди с рождения живые и деятельные. Они — как молния в тучах или пламя свечи на ветру. Есть люди, от природы пребывающие в покое. Они — как «мертвый пепел и высохшее дерево». Но лучше всего быть подобным неподвижным облакам в поднебесье и покойной глади вод на земле, и пусть в облаках парят коршуны, а в воде резвятся рыбы. Вот образ сознания, претворившего в себе Путь.

Преодоление пошлости — вот в чём величие человека. Но нарочитое стремление к величию делает человека не великим, а вздорным. Не быть запачканным грязью пошлого света — вот в чём чистота души. Но тот, кто добивается чистоты, отворачиваясь от мира, станет не чистым, а суетным.

Ошибки других нужно прощать, а собственные ошибки прощать не надо.
Собственные лишения можно стерпеть, но вид чужих лишений терпеть нельзя.

От одного искреннего движения сердца летом выпадает иней, рушатся стены города, плавятся металл и камень. У человека с лживым сердцем, даже если он телом здоров, разум всё равно погиб. В обществе один вид его всем отвратителен. Наедине с собой он сам себе противен.