Читала про птицу киви, у которой на конце клюва есть ноздри. Радовалась за бедную бескрылую крошку до тех пор, пока не дошла до фразы «Однако у баклана, например, ноздри вовсе отсутствуют и он вынужден дышать ртом». Какой баклан? Зачем баклан? Закрыла сайт, но было поздно: в воображение моё ворвался несчастный дышащий ртом баклан, похожий на Кристен Стюарт времён расцвета аденоидов.
И так повсюду. Стоит узнать что-то радостное и вдохновляющее, как из-за угла высовывается баклан и страдальчески хрипит, тыча пальцем в разинутый клюв.
Скажем, в шее воробья в два раза больше позвонков, чем у жирафа. Тут не знаешь, кого больше жалеть.
«На десяти квадратных метрах тропического леса больше насекомых, чем людей в Новосибирске». Заплакала над всем Новосибирском сразу.
И лишь один факт всегда приносит успокоение в мою взволнованную душу. К нему обращаюсь я в минуты тревоги, и невозможно придумать ничего, что могло бы создать ему тягостный противовес.
Есть что-то невыносимо прекрасное и умиротворяющее в том, что графа де Ла Фер звали Оливье.
