Медленно и вдумчиво перебрав внушительную коллекцию музыкальных пластинок, он выбрал одну… Ту, что очень любил отец. Достав из конверта большой черный диск, аккуратно установил дорогой сердцу винил в проигрыватель. В комнате зазвучало памятное прошлое.
Он прослушивал одну и ту же песню раз за разом переводя тонарм, словно стрелки часов. Это душевное «отжимание» он придумал себе сам. Когда жгучие воспоминания беспощадно забирали кислород и отбрасывали в дни, которых уже никогда не вернуть и к словам, которых уже никогда не исправить… Он слушал любимые песни отца на повторе до тех пор, пока не отпускало.
Наверное, каждый из нас останется в памяти близких вот такой ретро-пластинкой, калейдоскопом черно-белых кадров, памятных дат и неотправленных писем. Память субъективно собирает это все в красивую коробочку, стерев всё ненужное, и запирает в сокровищнице души.
[…]
К сожалению, жить — значит терять. Хорошо, если во время тяжелых испытаний и потерь с тобой есть рядом родная душа.
[…]
Можно сколько угодно гипнотизировать спину ушедшего человека, но если он принял решение уйти, то уже не обернётся. Цена такого ухода может быть слишком высока. Памяти и прошлому можно устраивать долгие пышные похоронные процессии, с клятвенными обещаниями забыть и воскопарными фразами типа «никогда», но если вдруг однажды ночью всё это решит воскреснуть, ты ничего не сможешь сделать. Боль начнет тушить о твоё сердце сигареты, превращая все обещания в пепел. Можно ехать на какой угодно скорости, можно бежать сколь угодно далеко, можно надевать какие угодно маски, но всё равно, рано или поздно эта боль догонит тебя и пронзит.

Пепел, который остается после сжигания мостов, долго не остывает, но и не горит.

Тот, кто помнит, каким ты был прежде, способен спасти тебя в тебе.

Память становится как непослушный пес
Бродит по улицам прошлого и скулит
Перебирает раны былые и слов мороз
Да на бумаге пишет стихи, а рука дрожит

Памяти много не нужно, чтоб разрушать
Замков воздушных фундаменты и мечты
Да бесполезно пытаться переиграть
Почерка стиль и трезвой прозы шрифты

Белым листом не получится заменить
То, что болит и звучит глубоко внутри
Просто пойми, нужно дальше пытаться жить
И отболят на ранимой душе январи

Память расстреливает душу воспоминаниями. Патроны мы подаём ей сами.

Странно, но полезно вдруг понять, что тебя прежнего больше нет. Ты прежний — это человек из прошлого. Окружающие тебя люди думают, что знают тебя, а на самом деле они просто помнят тебя. Помнят, каким ты был.