Оборвалась занавеска. Не вся, самый край. Она висит на таких крючочках, вот с двух крайних сорвалась.
И мне надо лишь подвинуть стул, встать, зацепить петли за эти крючочки. Стул рядом, в двух метрах. Дел на минуту, даже на тридцать секунд.
Но уже неделю я смотрю на тревожную занавеску и думаю: вот, оборвалась, надо повесить. Не то, чтобы она сильно бесила, но повесить стоит, непорядок.
Всё-таки чуть нервирует этот край.
И я уже было взялся за стул, как вдруг подумал: вот повешу я эту занавеску и аллес. Кирдык. Больше меня ничего совсем не нервирует.
Всё хорошо. Всё идеально, занавеска ровная, вокруг праздная гармония.
А это тупик. Потом деградация, потеря смыслов, интеллектуальный распад.
Мужчина всегда должен видеть несовершенство под холодными звездами, пусть даже самое мелкое. Всегда думать о нем, всегда ощущать беспокойство.
Тогда он живет, мыслит, творит. Мужчина — это путь, это движение.
Это вечное дао, как говорили древние китайцы.
Значит, повесить эту фигню на крючочки — обречь себя на тщету бытия.
Нет, пусть болтается занавеска, так надо — решил я.
Человек, открывший глубины смыслов. Познавший вечность. Истинный мудрец.
…Но пока меня не было — жена залезла, повесила. Испортила всю философию, глупая женщина.
