—И это моя жизнь. Такая короткая. Такая неповторимая. Такая единственная. Меня впереди ничего не ждёт. И я умру на границе с Китаем, помешивая щи, да?

Жизнь показывает абсурдность слова «никогда».

Если любишь, отпускай. Когда тебя контролируют, изолируют, ревнуют, запрещают заниматься, чем ты хочешь, осуждают тебя за твою деятельность, это не любовь. Любовь — это свобода.

«Я ничего не хочу понимать в жизни. Жизнь меня очаровывает и сразу же всякий раз разочаровывает. Надо быть и добрым и злым, щедрым и жадным, красивым и скромным, сволочью и отличником, выпить и отказаться, бросить и согласиться… Ночью я засну. Завтра буду жить опять».

Человек рождается для счастья. Я мечтала быть счастливой, а потом поняла, что должна разрешить себе быть счастливой. У меня получилось, хотя, сказать по правде, это большой труд. Нужно постоянно помнить об этом. И еще о том, что завтра будет абсолютно таким же, ничего не изменится, если вы ничего не предпримете. Это закон драматургии жизни. Есть два пути развития сюжета: сильный герой попадает в какие-то обстоятельства и меняет их. Или герой попадает в сильные обстоятельства, и они меняют его. Выбирайте себе любую модель.

«Я прощаю. У меня есть такие люди, которые вне прощений и обид, как мама, например. Я всегда прощаю людей, правильнее — я их не виню, просто я могу исключать их из своей жизни. Как правило, это необратимо: иногда они могут жить в памяти, и я могу по ним скучать, как по умершим, к которым нельзя вернуться. Я не чувствую обид на людей. Я могу быть ими поражена — насколько можно быть неумно злым, как можно так больно ударять, быть жестоким, подлым или вором-обманщиком. А если не обижена-унижена, то и не мстишь. Если бы я была поставлена в условия, как Гамлет, — мстить за любимых… Но у меня не было такого опыта».