Очень сложно жить, друзья,
А иначе жить нельзя.
Кто котам насыплет корму,
Кто детей спровадит в школу,
Кто услышит тихий голос наступающей зимы?
Это мы.
Очень сложно жить с утра,
Это так.
И не проще, чем вчера.
Это так.
Завтра тоже будет хуже,
Брюки снова станут уже.
Как не списывать на стресс
Слабый пресс?
Очень сложно жить, друзья,
Среди хлама и тряпья.
Очень сложно быть собою
И работать до отбоя,
А потом ещё на сдачу дом из кубиков сложить.
Сложно жить!
Кто уже к обеду труп?
Это ты.
Кто доест вчерашний суп?
Это ты.
Кто погладит, кто подует?
Кто принцессу расколдует?
Кто подсолнухи польёт?
Может, кот?
Очень сложно жить, друзья,
Как живёте вы и я.
Мы — невидимые гномы,
Меж собою незнакомы,
Мы из будней добываем редкую руду любви.
Я и вы.
Кто построит детям дом?
Детский гном.
Кто котам насыплет корм?
Зверский гном.
Ну, а брюки — ну их, брюки,
Есть и поважнее штуки.
Дети, кубики, коты.
Я и ты.

И если Богу нужны гимнасты — он точно выберет нас с тобой, таких крикливых и голенастых, и вечно ржущих наперебой, таких совсем сотворенных наспех, на спор, придуманных на слабо.

И если Богу нужны артисты, танцоры, клоуны и шуты,
паяцы в шапочках золотистых, то это, ясно же, я и ты.

Как брызги чьей-то неловкой кисти на приготовленные холсты, напортить, прыгнуть и укатиться, пока художник ушел в кусты. Обнять, смеяться до немоты.

Не тех, что смотрит с тоской мадоньей сквозь непроглядные об…
… показать весь текст …

Ты стони над ней, ты плачь по ночам над ней, или что там еще умеешь — тебе видней, а меня не слушай, я-то давно на дне,
Уже сорок дней.

А она рыжа в кудрях, а она тонка, а она открывает дверь тебе до звонка,
а она легка в кости и в руках мягка —
И нашла себе дурака.

Ты в обиду ее не даешь, ты вообще хорош, ты пуд соли ешь, последний ломаешь грош, ты ее защищай от бури и от порош,
А меня не трожь.

Вам-то в рай, вам нынче каждый дворец — сарай, примеряй ее, придумывай, притирай, ты в ее огне,…
… показать весь текст …

Мне снился… конечно, поезд, а что еще может сниться?
Сырая лесная помесь и кислые проводницы,
С каким-то горшком бегоний, каких-то пожиток горы,
В каком-то пустом вагоне, в какой-то невнятный город.
Конечно же, я листала роман о судьбе испанки,
Конечно же, я отстала на крошечном полустанке,
Конечно, завыли волки, в кустах заметались тигры,
Конечно, будильник звонкий, а дальше, конечно, титры…
Но страшно на самом деле — а вдруг меня там убили,
А мне через две недели встречать тебя из Сибири,
И не…
… показать весь текст …

Двадцать перышек за плечами — облетели, пора линять. Я иду, шевелю ключами, люди пялятся на меня. В уши музыку, лейся песня, голос плавится заводной, нам, казалось, так сложно вместе, но еще тяжелей одной. Выходи уж на связь с эфиром, слышишь, ты, я тебя люблю. Продавец из ларька с кефиром называет меня: «Верблюд». «Подходи, — говорит, — родная, выбирай для себя еду» Если я и себя не знаю, то зачем я к нему пойду?
Воздух — синий с привкусом яблок, бьет испариной лучевой. Я живу пока по ноябрь,…
… показать весь текст …

Мне бы имя твое шептать, но под ребрами боль шипит. Как-то некогда больше спать, если некуда дольше пить.
А у нас за окном всё снег, всё танцует, сбивает с ног. И не надо читать Сенек, чтоб представить тебя, сынок.
Мне подруги не верят: «как?», пишут «твой? быть не может, твой?». Он лежит у меня в руках, как чукотское божество.
Для больших и чужих — Артем. По-домашнему будет Тим. А по отчеству? Подрастем и решим. Пока не хотим.
Тень ресниц на его щеках. Он прижался к моей груди. Он лежит у меня…
… показать весь текст …