Закат малиновым вареньем
течёт по черепичным крышам.
В лиловом фраке вечер… Слышишь,
его дыхание в мгновенье

меняет ноты… Ночь на страже,
одета в звёздную хламиду.
О чём, какие сны покажет?
А вдруг сады Семирамиды

или Эдем… Иль бездну ада.
Ночь колыбель свою качает,
вот-вот и звёзды станут падать
в стакан с холодным мятным чаем.

Смотрю в окно, по крышам хрупким
стекает алость к водостоку,
и город тонкою скорлупкой
несёт на запад от востока.

Я вновь у времени в объятьях
без воли, без сопротивленья.
Мгновение и сна распятье
накроет сладостным забвеньем.

Покинет вязкая усталость,
сознание наполнит млечность…
Ах, летний сон… Такая малость!
Но даже он движенье в вечность.

Незваной гостьей вы пробрались в жаркий сон,
Где лепестками розы раскрывались,
Снимая боль и вечную усталость…
Прелестным был пылающий бутон!

И был я счастлив, — знает бог и видит бес!
Да и она… Что сердцем завладела…
Жаль, праздный сон был нарисован мелом.
К рассвету улетучился. Исчез.

Вы были голубем в плывущий мой ковчег, —
Скользил он в никуда волнами сплина.
В руках нежнейших мог я стать хоть глиной,
Предметом вожделенья и утех.
… показать весь текст …

Промокшее небо висит простыней на веревке
Луча заходящего… Вечер крадется лугами.
А следом и ночь пробирается шалой чертовкой,
Плутая околицей между домов и стогами.

Меняются краски… Всё глубже, рельефнее тени.
У звуков нечаянных — тише, приземистей ноты.
Спеленуто тело расслабленно-мягкою ленью —
Морфей открывает свои золотые ворота.

Пора отдохнуть, под подушку запрятав тревоги.
Под песню кузнечика в шелковых ласковых травах,
Под взгляд неусыпный — вон месяц в окошке двурогий.
Под запах с реки златоглавой и нежной купавы…
… показать весь текст …

Закат в агонии как парус Грея,
забывшего обратный путь домой.
Темнеет небо… Тихо… Вечереет…
Стекает с черепицы летний зной.

Ложатся тени зыбкой синевою,
прохладой дышат розы под окном.
Овеян дом столетний сон-травою,
плывёт в ночи насиженным гнездом.

Куда я с ним плыву? Уже не важно…
Уже не быть доверчивой Ассоль:
кораблик Грея иногда бумажный,
а капитан лишь исполняет роль.
… показать весь текст …

Забавна реальность: глухие поют без нот,
рисуют ослепшие, пробуя краски на вкус.
Гигантские мельницы ставит нам Дон Кихот,
а шпагой владеть обучает законченный трус.

Всё как-то не так, но пытаешься тоже петь.
Шансон выбираешь — из горла течением гимн.
Монета наощупь из золота, блеском — медь.
Ты ходишь в парче, только кажешься всем нагим.

Коварная воля небес этот жуткий сон,
где всё наизнанку, где хиной горчат калачи.
Частицею бога назвали П. Хиггса бозон…
Не знаем зачем. Даже Бог осторожно молчит.
… показать весь текст …

Сон чудный был — мне по колено море,
но как размок газетный пароходик!
Проснулась — бесит платье не по моде,
приглядываюсь взглядом к синей шторе:

у Скарлетт были схожие проблемы…
Девиз такой же — «буду завтра думать».
Из ничего не будет много шума,
а выйдет — сочинит Шекспир поэму.

Что море… под ногами снег да небо.
Ковш с молоком присыпан звёздным блеском.
Пульсирует Алголь мятежным всплеском,
луна в ладонях тёплым свежим хлебом.
… показать весь текст …