Пыль. От неё не спастись пилигриму.
Долго живёт этот город на свете.
Пыльные улицы Иерусалима.
Пыльные камни, оливы и ветер.
Пыль. Подкосились усталые ноги,
Странника тропы не стелются шёлком,
Но все на свете следы и дороги
Встретятся здесь же. Куда бы ни шёл ты.
Пыль. Этот город не помнит обиды,
Вылечил пылью свербящие раны,
И не расскажет вам Башня Давида,
Как разрушались и судьбы, и Храмы.
Как на кресте вместе кровью и потом,
Каплями слёз мироточили росы,
Странник, ты чувствуешь, что ждёт кого-то
Путь на Голгофу и пыль Долороса?
Город, живущий в мечтах неспасённых,
В пыль превратившихся, в камни и лаву,
В вздохах последних невинно казнённых,
В ямах под Киевом, в трубах Дахау.
Город из плача, из песен и смеха,
Город из запахов сладких и пряных,
Город, в который не сможешь приехать,
Город, который в тебе постоянно.
Слышится сердца взволнованным стуком,
Гомоном птиц, разлетевшихся всюду.
Город, забуду я правую руку,
Если тебя хоть на время забуду.
Пыль. От неё не спастись пилигриму,
Пыль на ботинках и ветер за ворот.
Тихие улицы Иерусалима.
Я его пыль. Я и есть этот город.
