В обход биографии длинной
Скажу, позабыв про дела,
Что бабушку звали Фаиной,
Что рано она умерла.
И часто она повторяла,
Как светом сменяется мгла:
«Ах, если бы молодость знала.
Ах, если бы старость могла.»
Я бабку, конечно, не слушал,
Упрямым я мальчиком был.
Я манную кашу не кушал
И стёкла соседские бил.
И будто бы мне в назиданье,
Вздыхая, твердила одно:
«Запомни моё завещанье —
Тебе пригодится оно.»
Мы все молодые сначала,
Мы жизнь прожигаем дотла.
Ах, если бы молодость знала.
Ах, если бы старость могла.
Мы б в юности были умнее,
Мы б в юности были добрей,
А к старости стали б сильнее,
Красивее, лучше, нужней.
Понять это нам не под силу,
От мудрости мы далеки.
Мы в юности — просто дурилы,
А в старости мы — старики.
Пусть логика тут подкачала:
Не может быть мудрым юнец.
Не может быть в жизни сначала,
Что быть в ней должно под конец.
Но истина держится всё же
На юной зазнобе моей:
Она меня вдвое моложе,
Но, главное, втрое умней.
Нам время оставлено мало…
Я бабушки помню слова:
Ах, если бы молодость знала!
Ах, если бы старость могла!
