Мандельштамы лежат в незакопанном табельном штабеле.
В декабре не хоронится. Не принимает земля.
Пастернак, вам звонят по стальному кремлёвскому кабелю,
Чтоб спросить: как поэт, как стихи? Как вам жизнь? И семья…
Дайте добрый совет. Даже вождь иногда сомневается.
Осип вовсе не мастер? Как голос ваш странно осип.
Пастернак, вы прокашляйтесь. Трубка легко прикрывается.
Оборвутся на «О» миллионы плебейских спасиб…
Мандельштам заштампован. Вам это, уверен, покажется.
Как отсталый поэт, что увидит о том и поёт.
Осип оспы считает и зло над усами куражится.
Сам, не чуя страны, под собою прочувствует лёд.
Говорят, что потом будет оттепель, слава и прочее.
И в один переплёт их зашьёт бесконечности знак.
У российских поэтов тифозно-расстрельная очередь,
Где рассчитан на первый-второй Мандельштам-Пастернак.
Мандельштам погиб 27 декабря 1938 г.
