Мой папа дрался, пил и сидел в тюрьме. Он обеспечил маме широкую психологическую практику. Когда папа умер, мама так и не смогла изобразить скорбь. Сейчас, терапевтируя брошенных женщин, мама не вполне понимает, в чём проблема.
Вот звонит пациент Оля. Говорит: — умираю, муж ушёл.
Мама поздравляет:
— Клёво, Оля! Поездки, театры, вязание кукол, чёрная магия — весь мир теперь перед вами!
Но Оля хочет мужа обратно — и всё. Много лет она ограничивала его в еде для его же здоровья, и в сексе — непонятно зачем. Она мешала играть в компьютер и прививала фортепианные концерты. Заботилась как могла. Он сделал несколько шагов от обезьяны к человеку, но вдруг свинтил к какой-то Алёне с ногами на 8 см длиннее. Вопрос: откуда у мужчин эта зацикленность на сантиметрах?
Мама сказала:
— Оля. Не спрашивайте, какую часть в жизни мужчины занимает секс. Спрашивайте, какую часть в сексе мужчины занимает жизнь.
Оля пожелала лечиться на природе. Она потащила маму гулять туда, где раньше выгуливала мужа. Также, она запретила жирную пищу и прописала фортепианные концерты. Мама на всё пошла из сочувствия к женской упёртости.
Мама говорила:
— Один брак — как дача в Нижнем Хрюкино. А много браков — как путешествия по миру.
Ещё:
— Новый муж не возникнет, покуда старый не съехал.
Ещё:
— Наше прошлое — как затычка в трубе, полной единорогов.
Мир полон длинноногих хищниц. Но и Олины 96 сантиметров — не приговор. Подбородки по всему телу были бы хуже.
У Оли образование, цвет глаз, квартира с видом на реку. В сумме выходит не меньше метра отличных женских ног. Что за пессимизм? Некоторых женщин на мясо сдавать неудобно, не то что замуж. И всё равно они как-то проникают в ЗАГС. Каждой Мальвине отдельное Буратино — вот так устроен мир.
Оля не хотела других мужей. Израсходовав аргументы, объявила:
— На мне венец безбрачия!
— На мне тоже! — обрадовалась мама. — Это наш дар! Мы сёстры в венцах! Можем днём ходить в пижамах, питаться сыром, рыбой и оливками. У меня в доме порядок, наведённый ещё в 1993-м! Если бы кто позвал замуж, я бы в обморок упала от ужаса!
Так сказала мама и стукнула воображаемой туфлёй по воображаемой трибуне. Оля поверила. Но тут подошёл какой-то пенсионер, спросил:
— Надя?
— Ну, Надя.
— А я Костя!
Этот Костя был соседом 40 лет назад, и тогда уже влюбился. Надя состояла в браке с уголовником и Костя тогда не решился мешать их любви. Зато сейчас рад встрече и хочет жениться. Провидение, добрый рок, всё такое.
Надя оттащила жениха в сторону. Говорит:
— Костя, у нас сеансы терапии по 12 километров, мне после них замуж почти не хочется.
Костя:
— Ничего, я дождусь тебя на другом конце тренинга! Главное — мы встретились!
И ушёл, счастливый идиот. Всю терапию сломал. Оля заметила, как Надя не упала в обморок, хоть и обещала. И значит, никакая она не сестра по венцу безбрачия. Кругом враньё и подставы.
Мама говорит, вчера Оля пыталась огреть трубой новую бабу бывшего мужа. Когда не вышло, поклялась сбить машиной. Южная кровь провоцирует женщин на удивительно красивые поступки.
Я говорю:
— Мама! Плевать на Олю! Я поведу тебя к венцу! Давай же планировать свадьбу!
— Да я Костю этого почти не помню. — говорит мама. — Если и выходить, так за Сергея Палыча. Или за Антона, военного лётчика.
В этом году маме исполнится 79. Она практикующий психолог, бегает за троллейбусами. Я многого о ней не знаю, кажется…
