Что-то горит во мне.
Льются слова в тетрадь.
Точно ли это снег?
Как тяжело дышать…
Что тут попишешь — жизнь —
каждого ждёт финал.
Скажешь: «Держись, держись», —
будто бы не видал,
как в хризантемы вен
входит тугая плеть.
Проще прожить никем,
нежели умереть.
Но воздвигают трон:
брызжет вино из фляг,
станут судачить про…
будут молиться для…
Паства на груде тел,
каждый — и сыт, и свят.
Именно так хотел?
Это ли про тебя?
Я ненавижу их —
тех, что «ни дать, ни взять».
Странный какой-то стих…
и тяжело дышать…
по рёбрам, ключицы с грудиной ломая...
я здесь до крови все колени протёрла,
сто раз умерев и опять воскресая...
Мой глянец залапан засаленным пальцем,
измята обложка, и море засечек…
Потерян кружочек к пластмассовым пяльцам -
навек разделили на пару колечек…
Свинцовою пулей застряла надежда
под кожей изорванной, в мертвенных тканях,
и нерв раскалился вольфрамовым стержнем,
играя отчаяньем в тускнущих гранях…