Любое увлечение остаётся таковым, пока не обретёт денежный э

Любое увлечение остаётся таковым, пока не обретёт денежный эквивалент.

Недостаток внимания от своего мужчины женщина пытается компенсировать… сперва увлечением чем-то…
…потом уже кем-то… ;))

Дочери было года три-три с половиной. Я тогда всерьёз полагала, что мой ребёнок ошибка природы, потому как играла она только машинками.
Приходим как-то ко мне на работу. В ручонках зажата очередная машинка — коллекционная моделька, очень похожая на настоящую. Мой начальник просит посмотреть машинку, вертит её в руках, рассматривая со всех сторон.
— Какая у тебя бибика отличная! Ух, ты дверцы открываются, а с обратной-то стороны. Колёсики, железячки… Совсем, как настоящая!
Ребёнок, вытаращив глазёнки и почти презрительно:
— Никакая это не бибика! Это Газ… — называет какие-то циферки, — шины зимние… Хы, железячка… это карданный вал!
Начальника отпаивали валерьянкой.

Решила худеть. Записалась на фитнес, в бассейн и в хор. Скажете, при чем тут хор? Да хоть кружок по фото — лишь бы кушать некогда было!

Она любила выращивать цветы. Самые разные. У нее было много видов и отдавала им много времени, вкладывала свою душу.
Он относился к ее увлечению спокойно. Улыбался и смотрел на результаты ее увлечения. Посмеивался и говорил, что надо магазин цветочный открывать.
Однажды, она уехала. Просто на некоторое время, чтобы успокоиться и подумать о многом, отдохнуть от всего. Первые дни он немного скучал, но не особо сильно. Потом тоска стала невыносимой и он посмотрел на подоконники с ее цветами. Земля в горшочках была сухая, растения начали медленно засыхать. Они тоже скучали по ней.
Ее цветы напомнили ему, как сильно он грустит. Тогда он взял лейку чтобы их полить. Начал ухаживать за ними вместо нее, все чаще звонил и рассказывал.
А потом зацвели ее любимые розы. Которые она особенно любила. В этот день он написал ей сообщение: ''Приезжай скорее я больше не могу. Я сейчас смотрю на твои розы.''

Девиз бардов «с нами стыдно, зато весело» не сработал. В Тарту те же листья, дождь, собачка.
Барвумен Кристина превратила незнание языков в технику совращения. Её частое моргание прошибает как не всякий кордебалет сможет. При ней мужчины втягивают живот в знак особой платёжеспособности. Голозадые феи, поставляемые для парков филологическим факультетом стали ещё голозадее. Но и с ними тоска.

Меня выгнали к микрофону. Витиеватые законы бардовской чести требуют делить этот позор поровну. Солист…
… показать весь текст …