«Художник нищим должен быть
И жить на воле!»
А вы хотели бы творить
Нагими в чистом поле?

Смеяться право же грешно над тем,
Что только вам смешно!
Маразм крепчает год от года —
Берет, берет свое природа…

Из рая не за пьянство
И не за лень от века —
За плод с Древа познания
Поперли человека.

Порою нужно к стенке встать,
На ней чтоб барельефом стать.
Одни творят, другие им мешают.
Те машут крыльями, а эти подрезают.

Я не хотела туда идти-устала или что-то еще, не помню. Кто-то за мной приехал: Кажется, Николай Радлов, художник (их два брата было, другой-режиссер): мол, пойдемте! И там уже все-и художник Вильямс (автор декораций «Ромео и Джульетты», и вся компания, кто участвовал в постановке. Собрались в Доме писателей. Там еще есть второй этаж у стенки (антресоли Дубового зала).

Репетировала. Я сейчас не помню, но он ставил уже совсем по-другому, а как танцовщица я с Шостаковичем больше не соприкасалась, когда я слушала его вещи-удивлялась, что-то на меня действовало внутренне, я чувствовала это нутром, но не своим искусством. Понимаете, вот человечески я в этом ощущала его самого, его манеру быстро говорить что-то. Он не похож ни на кого. И думал он тоже очень по-своему, видел не так, как другие.

Говорят, что плохая примета
Самого себя видеть во сне.
Прошлой ночью за час до рассвета
На дороге я встретился мне.

В огромном городе моем-ночь.
Из дома сонного иду-прочь…
Освободите от дневных уз,
Друзья, поймите, что я вам-снюсь.

Приснилась я, не более того.
И обвинять не стоит никого.
Не заслонила никому свет,
Я тень всего лишь, и меня нет…

Быть знаменитым некрасиво.
Уродство просто, мне поверь.
Не бойся, Боря, перед славой
Закроем накрепко мы дверь!
И пусть стучит к нам хоть ногой,
Ей не откроем, дорогой!

Была я краше некуда,
Красивей всех на свете,
Блондинкой синеглазою —
Пока была в проекте.

Но после до рождения
Я сильно изменилась
И смуглою уродиной
На этот свет явилась.

Угодить родителям
Очень я старалась.
В результате вышел толк —
Бестолочь осталась…

Мой Мальчик стареет с хвоста, — говорила она, расчесывая уродца специальной щеткой. — Фу, как ты пахнешь, мой милый.

Мало иметь писателю
Хорошую жену,
Надо иметь писателю
Хорошую вдову.

Чай возник из блюдца.
Мир из хаоса возник.
Дождь из тучи.
А из утра полдень…

Ах, как много в жизни
Мы читаем разных книг!
Ах, как мало
В результате помним!

Когда стоим у кассы,
То как-то получается,
Что денежные массы
Народных вдруг чураются.

Переводчик нарасхват,
Был он спец толковый.
Сам же больше всех любил
Перевод почтовый…

Важны ли для артиста добрые слова? Важны! Это потрясающе, когда подходят и говорят добрые слова. Значит, то, что делаю я, находит отклик у людей. Значит, они со мной думают созвучно. Слово имеет такую действенную силу, ранить может легко. Ранили ли меня? Конечно! Навылет? Раз жива-то значит наверное, нет.

Я боюсь за него-это единственная радость, что у меня есть! Псина моя человечная…

Мужчинам, что ленятся, стоит понять
И твердо запомнить одно:
За ракушкой с жемчугом надо нырять,
Не тонет и в руки плывет лишь гавно…

Сказала же Ева Адаму:
— Мой милый, гуляй, где хочешь.
Но сделаешь шаг налево,
И сразу рога схлопочешь!

Взятки щедро мы даем…
Взятки ловко мы берем…
Получается без взяток
Путь любой не будет гладок!

Отопление подорожало,
Скоро средств на него не найду.
Интересно, почем дрова
У чертей под котлом в аду?

Я по натуре не тот человек, который впадает в уныние. Такой характер сложился в детстве, когда достатка в семье не было и постоянно приходилось искать способы, чтобы просто-напросто выжить. Особенно во время войны, когда отец сначала был на фронте, а потом вернулся с тяжелым ранением. Как ни странно, я всегда была старшей в доме: брат и родители часто обращались ко мне за советом.

Сейчас я начинаю себя понимать. Можно сказать, что теперь я смелее смотрю себе в глаза. Большую часть жизни я провела убегая от самой себя, но в конечном итоге во мне смесь простоты и комплексов.

Я люблю гротеск, эксцентрику и в то же время трагикомедию. Джульетта Мазина-трагикомическая актриса. Она создает не комедию представления, а комедию своего мира, души, внутренней сущности. Когда она загорается, создается впечатление, будто бы её включили в сеть и она взорвалась! Я не очень люблю комедию представления, потому что, если не пропущу через себя происходящее, не поверю сама внутренне, не смогу ничего сделать. В комедии «Крепкий орешек», где мы с Виталием Соломиным играли. Гротесковая эксцентрика, чистой воды, может быть, даже комедия представления! Но до тех пор, пока мы не добились ощущения, что живем этим, у нас ничего не получалось.