— Пан Ежи, — я посмотрел в трубу; увеличение действительно было слабое, а до появления звезд пройдет еще часов шесть. — Не сочтите меня праздным любопытствующим, но все же: германцев вы просто не любите или они вас как-то обидели?
Он долго молчал.
— Скажите, пан офицер, — сказал он наконец, — ваша фамилия мне кажется знакомой. Не писали ли вы стихи?
— О да! — сказал я. — И продолжаю писать. Думаю скоро издать книгу военных стихотворений. Хотите послушать?
— Обязательно. Мы устроим вечер поэзии. Видите ли, у меня во флигеле прячется чех-дезертир. Утверждает, что литератор и хотел бы сдаться в плен интеллигентному человеку. Так вот, не учинить ли нам пиршество славянского духа?
И мы учинили пиршество прямо на башне. С наступлением сумерек похолодало и стал накрапывать дождь, но что такое дождь на войне? Так, вода.