Давай мы встретимся
На середине неба,
Под лунным светом,
Иль в созвездие любви,
Нам на земле
Не встретиться
Наверно,
Мы по мечтам
Друг в друга влюблены.
Давай мы встретимся
За краем нашей жизни,
Там, где рассвет
Тропинкой вдоль реки,
При жизни нам
Люби меня. Сейчас, пока весна — и года, и, пусть поздняя, но жизни. Люби меня, как будто полчаса осталось на любовь. Как будто сгрызли мы яблоко, что дал нам хитрый змей, и скоро будем изгнаны из рая. Люби меня, пожалуйста, сильней, люби, как я себе не представляю.
Любить тебя я обещаю так, как будто это всё, что мне осталось. И ты мой лучший друг и главный враг, и вдалеке маячащая старость, и молодость, отжившая свой век и вянущая в помутневшей вазе, всё это — ты. Обычный человек, вместивший к…
Там, где живет Любовь — нет горя и обид,
И не подвластно злу в том месте поселиться.
Пусть даже этот Дом и неказист на вид,
Но в нем горит очаг, и сны порхают птицей.
Там нежность как ручей, заливист детский смех.
И пахнет свежий хлеб, намазанный вареньем.
Разделят пополам и нужды, и успех,
Считают не года, а каждое мгновенье.
Там, где живет Любовь — не ценят за гроши,
Не знают лживых слов, не меряются силой.
И всякие дела — совместно хороши.
И дальние пути — совместно терпеливы.
…А помнишь как ты не/блондинкой, а серой —
ко мне приезжала и на меня смотрела? Просила меня
вколоть или накапать сто капель от боли, наступает весна —
глаза в соли, а ты по прежнему сладкая Мышка…
Тебе все твердят «забей и прости «а ты отвечаешь / ну, как же так вышло ?! / апрель, столица, не спится, остается только глумиться и писать кому- то о том; какая сейчас пора года, наша страна и какой ты любишь футбол…
На иностранном (немного странном), без перевода — дождь и погода /без сна
и там…
Как любовь начинается? Кто мне ответит?
Как цветок раскрывается? Кто объяснит?
Просыпаешься утром, и хочется встретить,
Постучаться в окно, разбудить, если спит.
Все дороги — к любимой,
Все тропки — туда же.
Что ни думаешь, думы торопятся к ней.
Происходит какая-то крупная кража
Холостяцких устоев свободы твоей.
Ты становишься скуп и улыбок не даришь,
Как вчера еще было, и той и другой;
Ты всем сердцем ревнуешь, всем сердцем страдаешь,
Ждешь свиданья с единственной и дорогой.
И когда ты кладешь к ней на плечи ладоши,
В детстве ты задувал свечи и загадывал желания , а сейчас раздуваешь души и отпускаешь светить...
(D) Отказать, можно лишь себе, разве можно осознать — цельность, будучи не наполненным…
Наши слова, как ножи, в нежности ласкают своими лезвиями, в страсти оставляют легкие порезы, а в любви ранят по самую рукоять…
Ты можешь быть моим лучшим другом, если захочешь, но не вздумай целовать — пропадешь и за собой потянешь…
Delfik 2015 г.
Среди ста новелл, которые рассказывали друг другу молодые люди, спасаясь от чумы в загородном поместье, есть одна, которая мне очень понравилась. Боккаччо поместил её в пятый день «Декамерона», где собраны истории о том, как после долгих испытаний влюблённые наконец обретают счастье.
Кимон был сыном богатого и знатного человека с острова Родос. Но с детства он не походил на своих родных. К учению не проявлял ни малейшего интереса, хорошие манеры его не волновали. Ходил с дубиной, говорил грубо…