БЛАГОденствие Любви,
Эликсир живого Света!
Новый день расцвёл! Смотри —
Сколько серебра на ветках!
Иней, словно дар Небес,
Что украсил нашу Землю,
БЛАГОденствие чудес
Душу Радостью объемлет.
Слышу в звоне хрусталя,
Вижу сквозь узор морозный —
Вести первые Весна
Из обители шлёт звёздной.
Разгорелся белый снег
Ярким пламенем Надежды,
… показать весь текст …

Сегодня — вчера, новый день - тень былого:
побед на понюшку, усилий на год.
И если осталось ума хоть ненамного,
поводыря само сердце найдет.
Ты времени ход укротить не пытайся.
Минуты, то стражник спешащих часов.
Ты лучше в молитвы слова облекайся,
и часовым твоим будет сам Бог.

По гололёду трудно налегке
Скользить, не замечая повседневность,
Но сохраняя будничности бренность
И согревая воробья в руке.

Не забывая маленьких синиц,
Которые в бескормицу и стужу
Не унывают. Небо вмёрзло в лужу.
Но в городе немало светлых лиц.

Деревья тоже видят сны и в сумерках секреты прячут.
Ты видела, как две сосны друг другу в руки лунный мячик
Бросают в мягкой тишине, и он летит внезапно мимо,
Такая тишина во сне от подлинной неотличима…
Кто скажет, за пределом сна, сосною пахнет тишина,
Иль тишиной сосна?

Иосиф встанет спозаранок,
Пригладит завитки седин,
И ходит по бревну рубанок,
А плотника приёмный сын
Смеётся, воду пьёт из кружки
И о деревьях говорит,
Ладонью мальчик ловит стружки
И ясный взгляд его горит.
Не рассуждает и не судит,
Со старика не сводит глаз,
И очень скоро также будет
Чинить своей любовью нас.

Я на дачах не бываю,
Где цветные витражи:
Самовары раздуваю
На скатёрочке души.

Этот — медный и пузатый,
Что хитрец-городовой.
Тот немножечко покатый,
Как игуменья с клюкой.

Третий — вытянут капралом —
Пара ручек на плечах.
А четвёртый — из металла,
Что ковали натощах.
… показать весь текст …

… легли снега, светлей ночами стало —
утеха для бессонницы моей,
все дневники душа перелистала,
нанизывая бисер лучших дней,
когда с размаху всё швырнуть о стену, —
какой роскошный звездопад на миг,
а чушь и тишь куда потом я дену? -
пробьётся ли засыпанный родник? -
а поутру так хрустко и уютно,
и одиноко празднует душа,
что и к тебе заглядывать попутно
случалось музе, к гению спеша.

Гордыня — зло, так в жизни повелось,
В грехи она записана навечно,
Всё верно — ведь она бесчеловечна,
Помилуй Бог, чтоб жить с ней не пришлось!
Тщеславие… — синоним или нет,
Где грань, что их с гордыней разделяет?
А может, лишь гордыню дополняет?
Где взять на это правильный ответ…
Тщеславием больны людей умы,
Что лишь себя с собой отождествляют,
Местоименьем «я» заболевают,
И с той поры им ненавистно «мы»…

Приход зимы, исход осенней слякоти,
На небе чаще серость и печаль.
Не просто так с утра калитки плакали
И говорили осени: «Прощай!»

И колеи дорог хранили прошлое,
(Хотя не всё хотелось вспоминать),
Присыпанные раннею порошею,
И лес шумел, и затихал опять.

Дубы стояли, словно старцы мудрые,
И вороны хранили тишину.
Отсеивалось всё сиюминутное,
Что сорняками проросло в страну.
… показать весь текст …

***
Свет-ноябрь. Рекомендую:
Снегодождик с ветродуем…
Солнце — там. За облаками
Гневно топает ногами,
Сквозь туман не профотонить, —
Мгла сплошная в божьем доме.
Мгла…
Пришли на память сразу
Нацпроекты да Указы,
Вроде тоже бы Ярило,
Токмо вдруг… заноябрило.
Солнце где… За облаками.
Не дотянешься руками.

Пытаюсь жить под Божьей дланью,
Хранить смиренье простоты,
Учусь на русской Иордани
Сквозь слёзы различать кресты.

Войти в священные глубины,
Увидеть истину на дне,
Где свет струится голубиный
И тьма бессильна в Божьем дне.

Этот день написан акварелью,
Всё прозрачно, всё в полутонах.
Рано утром тоненькой свирелью
Прозвенело что-то в облаках.

Веер линий россыпью цветочной
Растворяется, теряется, бежит,
Маленькой малиновою точкой
Солнце за деревьями дрожит.

Всё полунамёк: слова и мысли,
Цепь событий, вереница дел.
Этот мир художником написан,
И сегодня это — акварель.

…пусть целый год фатально не везло,
потешат - не совравшие ни разу —
недолгое осеннее тепло,
пустой звонок, пинг-понговые фразы,
не для того — казалось — жизнь была,
но это — смех и грех — в сухом остатке,
а даль ещё по-прежнему светла,
в предчувствии покоя и оградки,
всё лучшее, ау! толкнись, приснись,
в потенциале всё по крайней мере,
пока лазурна вымытая высь,
пока ещё дышу, и верю, верю…

* * *

Живём, будто бы погорельцы,
Во мраке неведомый путь.
Разобраны ржавые рельсы,
А стрелки забыли свернуть.

Беду на других переводим,
Но в двери стучится беда…
И Господу каждый угоден,
Как лютики и лебеда.

Птица пыталась в окно залететь.
Снова и снова — ослепла? сдурела?
Как не напрячься,
не похолодеть? -
чья — то душа
попрощаться хотела…
,.Кофе вскипает.
Стеклянный грифон
блещет, мерцает
в луче осторожном.
Только молчал бы, молчал телефон —
взрыв отдаляя - насколько возможно.

Знаешь ты, не каждый нищий ангел,
Только, видишь, каждый ангел — нищий,
Взглядами случайными растравлен,
Своего он на земле не ищет.
Тот, кто может вдруг по воле Божьей
Сделать так, чтоб звёзды перестали,
Смотрит, как старик, сосед, прохожий
Смесью странной счастья и печали.
И как будто рядовой, за службу
Просит он огня, вина и хлеба,
Потому что большего не нужно,
Если за спиною держишь небо.

Зло принимает разные личины,
Не угадаешь, где таится зло.
Как не хватает дедовской лучины,
Когда идёшь сквозь тьму в своё село.

Не удивляют козни иноверцев
И не смущает бесов маета.
И душу лечит ветра интермеццо,
Хранит округу золото креста.

Знакомы с детства огоньки околиц,
И удивляться стоит ли, когда
Окликнет одинокий богомолец
И загорится первая звезда?

Не ругай меня жизнь, что беспечно-доверчива,
что не тех, не тогда, ни к чему, ни за что.
Не дано нам на карте твоей все дороги прочерчивать,
не лететь с ветерком без потерь на шикарном авто.
Нам бы просто в пути не слететь на обочину,
не застрять навсегда средь пустынных бескрайних дорог.
Нам бы в сердце своём зарастить червоточину,
чтоб и дальше суметь не бояться пускать за порог…

Куда идти? — Мир холодом прошит.
Ноябрьский дождь вбивает в землю сваи.
Здесь осень всех, как кухня полевая,
унынием накормит от души.

Но Музыка ещё живёт в груди —
сорвавшейся с небес мечтой ребёнка. -
Непоправимо рвётся там, где тонко…
И вздрагивают рельсы впереди.

И ты над ними медленно кружишь.
Внизу, в промозглой бездне отражаясь,
спит родина, как женщина чужая,
как будто не тебе принадлежит.
… показать весь текст …

. не пространство, не время сжимаются -
уплотняются правда и свет,
сердце мается, но принимаются
краткость счастья и горечь побед.
Ничего, ничего мне не надо —
верю, знаю: со мной до конца
этот добрый гипноз снегопада,
этот абрис родного лица.