У ноября последняя неделя —
Последний штрих осенний на холсте.
Войдет зима под арию метели
И хоровод закружит во дворе.
Последний штрих к дождям и серым тучам,
К листве опавшей, что была ковром.
Кто знает где нам будет лучше —
СЕЙЧАС или в заснеженном ПОТОМ…
Я — чья-то ставка в непростой игре,
В которой проигрыш сродни убийству,
В которой жалость — это верх цинизма…
Но солнце снова всходит на заре.
Я — чья-то недосказанная ложь,
Которая прошлась клинком по сердцу,
И ей от кары никуда не деться…
Но снова радует весенний теплый дождь.
Я- чей-то не разыгранный тираж,
В котором цифра каждая — минута,
Последний шар не сыщет в ней приюта…
Но на земле весны ажиотаж.
Я — дама Пик, иль Джокер неуёмный
В колоде, где главенствуют Тузы,
У закрытых ворот опустевшего дома,
Где когда-то играл полуночный рояль,
Я стояла одна с чувством мне незнакомым,
С ощущеньем внутри, что чего-то мне жаль.
Ветер ставни послушные тихо качает,
Напевая им что-то о дальних мирах.
Что в душе у меня — этот дом не узнает,
Не скользнёт сожаленье ни в снах, ни в словах.
Лапы ели раскинули веером дивным,
Прикрывая дорожку к тенистым кустам.
Как же можно так было подумать наивно,
В то, что жизнь, как речка, длинна и чиста?
Что мазки черной краски потерь и печалей
Не испортят пейзажа из ярких цветов,
Сердечко, замолчи!
Нет сил тебя мне больше слушать!
Я этот мир хочу разрушить!
Молчи, пожалуйста, молчи!
Душа моя, не плачь!
Кто видит слезы на маске, где улыбка расплылась?
Кто видит на цветущей розе грязь?
Не плачь, пожалуйста, не плачь!
Слова, не убивайте!
Дайте мне надежду лишь на легкое ранение,
Гоните прочь мои сомнения!
Хоть миг еще прожить мне дайте!
Мечта, осуществись!
Твое коварство, способность стать несбыточной навек,
Вспомнилось детство у бабушки —
С русской печи оладушки,
Щи из духовки томленые,
Глаза бабуленьки добрые.
Тулуп на полати стеленный,
Дедули голос размеренный:
«Эй, попрыгунья мелкая,
Айда, я свистульку сделаю!»
Кошка была Серянка —
Дворовая самозванка,
Ласковей кошки не было,
Что бы я с ней не делала:
Гладила ль, спать ложила,
Мышку поймать мне просила…
Коварная штука — память —
В былое вернуться заставит,
По прошлого длинным аллеям
Тебя проведет, не жалея.
Заставит вернуться туда,
Где радостью стала беда,
Иль радость сменилась несчастьем,
Закрыв солнце черным ненастьем.
Припомнит любовь и измену,
Ножом полоснувши по венам,
Всех тех, кому зря доверяла,
Кого в горький час потеряла.
Приходит ночная гостья,
Когда вот никто не просит,
Пока живы стихи, ты живешь,
Пока память стучит в висках,
Пока правда сильней, чем ложь,
Пока жизнь есть в твоих стихах.
Пока солнце дарует свет,
Пока ночь дарит звезды нам,
Пока новый встает рассвет,
Словом, жизнь твоя на века.
Сегодня ДР у замечательного человека - второй жены моего папы. Очаровательная женщина, прекрасная мама и бабушка, тонкий психолог, историк... Нас разделяют километры, но вот душами мы всегда рядом.
Не смотри сегодня в паспорт — цифры врут,
Врут бессовестно, ни капли не краснея!
Удели мне несколько минут —
Я сомнения на этот счет развею.
Первое — лучистые глаза,
Сколько в них тепла и романтизма!
Пункт второй — прекрасная душа,
Полная любви и оптимизма!
Третий пункт я сердцу отдаю —
В нем хранишь живущих и ушедших,
Даришь безраздельно жизнь свою,
Я — одна из доброту твою обретших.
Пункт четвертый — Женщина-краса,
И не спорь, со стороны виднее!
Уставший день уйдет в закат,
В туман укутается город.
Никто ни в чем не виноват,
А ночь разлуку лишь ускорит.
Никто ни в чем не виноват…
Слова забудутся, чуть стихнув.
И в душу влезет пустота,
Но даже к ней можно привыкнуть.
Туман на город лёг вуалью,
За окнами домов покой,
Но все ль там счастливы?
Едва ли. Она не с тем, и Он не с той.
Не виноват никто, ни в чем,
Пусть ночь расставит все акценты.
Октябрь беспощадным дождем моросит,
Пронзая, как иглами, сердце.
Мой разум, октябрь, тебе не простит,
Что больше мне негде согреться.
Ты знаешь, октябрь, забирая ЕГО,
Мне душу в клочки изорвал!
Землей ты засыпал отца моего,
Как жить без него — не сказал.
В тебе человечности нет ни на грош,
Ты сделал меня сиротой.
Октябрь, ты холоден и не поймешь,
Как невыносимо одной.
Могильной плитой душу давит тоска
И папу прошу я ВЕРНИСЬ!