ЭразмаФа

Лишь только Ты способна вдохновить,
Моя Жена _ стройна и так красива,
И без Тебя я не посмею жить,
Ты лучик солнца дней моих дождливых…

Лишь только ей пою я серенады,
Свои стихи я посвящаю ей,
Она — есть жизнь, она моя отрада,
Она — мой ангел, я ее Орфей …

Мне понемногу разрывает грудь.
Я вырву сердце. На, возьми,
Пусть все воспоминания уйдут
А с ними плавно, потихоньку Ты…

жене идти на праздник, вот ни в чем
ты ждать ее у двери обречен
с тебя судьба, как с олуха смеется
не быть тебе во веки богачом…

наглые, хитрые бесы
на костях грешников пляшут
хоть жизнь и прожита повесы
где душа его, он не расскажет…

Однажды человек ошибку совершил, Напуганный, не знал, куда деваться, И, дорожа спокойствием души, Поклялся вообще не ошибаться. Чтобы не споткнуться, он замедлил шаг, Чтобы не забыться, спорить не решался, А собственное мнение прятал так, Что, собственно, без мнения остался. Он никому на свете не мешал. Его встречали вежливой улыбкой. Ошибок он уже не совершал. Вся жизнь его теперь была ошибкой.

Я бегу по выжженной земле
Гермошлем захлопнув на ходу
Мой «Фантом» стрелою белой
На распластанном крыле
С ревом набирает высоту

Как обычно в баре я сижу,
Виски пью, на девочек гляжу,
Прилетает телеграмма —
Отправляйся в Штат Невада,
Завтра вылетаеш во Вьетнам.

Пролетаю свой родимый штат.
Здесь остались мать, жена и брат,
… показать весь текст …

Если сказать честно, я даже не знаю, к чему я испытываю большее равнодушие—к виду окружающих меня вещей или ко мнениям окружающих меня граждан…

Прекрасное служит опорой души народа. Сломив его, разбив, разметав, мы ломаем устои, заставляющие людей биться и отдавать за родину жизни. На изгаженном, вытоптанном месте не вырастает любовь к своему народу, своему прошлому, воинского мужества и гражданской доблести. Забыв о своем славном прошлом, народ обращается в толпу оборванцев, жаждущих лишь набить брюхо и выпить вина!

Я всю жизнь своё счастье искал,
Наглотался я пыли дорог.
С горем пил и с бедой ночевал,
Всё, что было, и то не сберёг.

И кружились года, как листва
Каруселью безрадостных дней
В подворотнях ночных и хмельных кабаках,
В ярком свете портовых огней.

Эх, бродяга!!!
Эх, бродяга!!!

Дальние края, холодные моря
… показать весь текст …

Птички, попадая в клетку, смеются тоже, но от бессилия и злобы.

И вышло нам за это дело по ордену, Старшина ведать получил, а я не дожил, накрыло меня снарядом прямо в окопе через пару дней, только я ни капли не жалею, потому что сражались мы и за партию, и за сталина, и за ленина, а умирали за Родину, а Родина у нас такая что за нее и умереть не жалко…

Туман и заря над землей полусонной.
По склонам три женщины шли.
И с маслом янтарным кувшин благовонный
Ко гробу Господню несли.

Улыбкой светлеют суровые дали,
Колючие травы в росе,
И светы небес на земле засверкали
В изгибной речной полосе.

Ты первою шла и молитву шептала.
В душе твоей страх и мечта.
Заря разгоралась, заря обещала:
«Сегодня увидишь Христа!»
… показать весь текст …

Наш мир настолько жесток, что мы боимся даже влюбиться, ожидая повсюду подстав и лжи.

В хвосте Галактики — Солнце. Вокруг маленького Солнца летает махонькая Земля. На Земле живет малюсенький человек. В его крохотной груди — едва заметное сердце. И там — все. Там рай и ад. Великий Бог со Своим Царством и страшный грех со своим хаосом. Там места больше, чем во всей Вселенной.

Слова часто портят то, что хочет сказать Сердце.

Красота проходит. Старость не многим к лицу. Для нее, очевидно, нужно нечто большее, чем красота.

Когда поём мы песни о войне,
То сердце начинает гулко биться.
Мелькают ужас, мысли, страх и лица
Чужих или родных тебе и мне.

Когда поём мы песни о войне,
Плечо к плечу — мы слёз держать не можем.
Навеки до забвенья рейс отложен.
А после песни курим в тишине.

Когда поём мы песни о войне,
Детей своих мы крепче обнимаем.
И цену нашей жизни твёрдо знаем.
И День Победы видится во сне!

Как-то чешский экскурсовод, показывая красоты Праги — он просто светился от гордости за эти красоты, — продемонстрировал нашей группе весьма своеобразный взгляд на историю 1938−45 гг. «Видите, какая она красивая, наша Злата Прага, — говорил он. — Вся сохранилась со Средневековья, все костелы, дворцы. Какие все-таки молодцы наши правители, что они не ввязались в эту мировую войну. Немцы без боев вошли, почти без боев ушли, все осталось в неприкосновенности».
Мне показалось это рассуждением из серии: какой молодец мой папа, когда не стал ссориться со злым дядей, вломившемся в наш дом. Пусть этот бандит ограбил дом и подолгу насиловал мою маму… но ведь он руку ей не отрубил, не изувечил. Какой мудрый у меня папа: все живы и почти целы.
Может, с точки зрения чешского мещанина в этом есть своя правда, но нам, восточным варварам, этого не понять.

В каждом древе распятый Господь,
В каждом колосе тело Христово,
И молитвы пречистое слово
Исцеляет болящую плоть.