вестник

Когда прилавки начинают ломиться, продавцы перестают ломаться.

Мне хорошо в принципе, но плохо в частностях.

Трудно представить, чтобы немцы сегодня спорили, кем всё-таки был Гитлер — хорошим управленцем или палачом. Они раз и навсегда решили для себя этот вопрос.

Когда Шагал пишет, непонятно, бодрствует он или спит. Должно быть, где-то у него в голове сидит ангел.

Рембрандт написал 700 картин. Из них до нас дошло около 3000.

Иногда истину начинают лучше понимать благодаря тому, что кто-то попытался решительно её опровергнуть.

Человек, который всё имел, а потом всё потерял, еще сорок лет чувствует себя так, как будто он всё имеет. А человек, который был нищим, а потом разбогател, еще сорок лет чувствует себя так, как будто он нищий.

Дурак, который стал на нашу сторону, начинает казаться нам менее глупым.

Ошибки умного ценнее озарений олуха.

Единственная гарантия того, что не случится ядерной катастрофы, — это полное уничтожение при международном контроле всего ядерного оружия. Но тогда возникает другой вопрос: что будет удерживать государства от войны? До сих пор угроза взаимного ядерного уничтожения была таким фактором. А если этой угрозы нет, то что тогда?