Пан Редиска

百人殺さねば 良医になれぬ
«Пока сотню не убьешь, хорошим доктором не станешь»

Когда белый человек видит выгоду, он чувствует ее головой и его язык говорит;
когда индеец видит доброту, он чувствует ее в своем сердце, а у сердца нет языка.

Скажите, сколько тонн клевера от каждой курицы-несушки будет засыпано в инкубаторы после обмолотки зяби?

Я вот недавно понял, что если я хочу хороший кофе, то варить мне… А так хочется иногда полениться, дождаться входа любимого человека с подносом и с двумя чашечками на нём…

— Голубь летел зигзагами, и машина Юань Мэна часто цепляла другие машины. Некоторые из них были очень красивыми и наверняка дорогими, и сидевшие в них люди с золотыми цепями на шеях злобно щурились и показывали Юань Мэну по несколько пальцев, подгибая остальные — кто шесть, кто четыре, кто восемь. Юань Мэн догадался, что это местные чиновники, которые хотят объяснить ему, сколько у них оленей, чтобы он их уважал. Он им всем в ответ показывал один палец, средний, чтобы они поняли, что хоть оленей у него совсем нет, и он в мире один, зато, по всем китайским понятиям, стоит точно посередине между землёй и небом.

Пришел толстый хищник, получеловек, и жирными ногами топчет все, что создано из самой тонкой нервной ткани великих художников, просветителей трудового народа.

Бальзак считал, что крепче всего не молотый кофе, а толченый, при этом кофе и воды в чашке должно быть одинаковое количество, так что это был не напиток, а адская гуща. Правда, даже он сам считал этот метод приготовления кофе «страшным и жестким» и рекомендовал его «лишь людям исключительно крепким, черноволосым, с красной и смуглой кожей, квадратными руками и ногами, подобными стропилам на площади Людовика XV».

В разговоре с женщиной есть один болезненный момент. Ты приводишь факты, доводы, аргументы. Ты взываешь к логике и здравому смыслу. И неожиданно обнаруживаешь, что ей противен сам звук твоего голоса…

АХАХА - смешно
ХАХАХ - насмешка
ХА-ХА - сарказм
ХОХОХО - Дед Мороз

Гость опытным взглядом обвел стол.
— Нет-с, я уж коньячку попрошу! Вот эту рюмочку побольше.
Хозяин вздохнул и прошептал:
— Как хотите. На то вы гость.
И налил рюмку, стараясь недолить на полпальца.
— Полненькую, полненькую! — весело закричал гость и, игриво ткнув Кулакова пальцем в плечо, прибавил: — Люблю полненьких!
— Ну-с… ваше здоровье! А я простой выпью. Прошу закусить: вот грибки, селедка, кильки… Кильки, должен я вам сказать, поражающие!
— Те-те-те! — восторженно закричал гость. — Что вижу я! Зернистая икра, и, кажется, очень недурная! А вы, злодей, молчите!
— Да-с, икра… — побелевшими губами прошептал Кулаков. — Конечно, можно и икры… Пожалуйте вот ложечку.
— Чего-с? Чайную? Хе-хе! Подымай выше. Зернистая икра хороша именно тогда, когда ее едят столовой ложкой. Ах, хорошо! Попрошу еще рюмочку коньяку. Да чего вы такой мрачный? Случилось что-нибудь?