Мамочка, смотри как я умею… ручки отпускаю и стою. Думаешь тебя я не жалею? Что ты, больше всех тебя люблю! Да, вот эта клевая машинка, где такую прелесть ты нашла? Видишь, я твой маленький мужчинка, ты меня недавно родила… Помнишь мама, прошлою весною, я в твоем животике сидел, гладила меня своей рукою, затихал я сразу и балдел… Сердишься, что я не сплю ночами? Мама я привык с тобой не спать, просто связь такая между нами, не неси меня в мою кровать… на коленках у тебя не скучно, можно мне тихонько полежать? Знаю ты возьмешь меня за ручки и ладошки будешь целовать. Мамочка, а помнишь лето наше? Первый раз тебя увидел я, слезы у тебя катились даже, я смотрел дыханье затая… Мамочка, я помню всё и знаю, просто не умею говорить. Я тебя и папу обожаю, как же хорошо на свете жить. Ладно, отнеси меня в кроватку. Молочко допил, послушный я… Поцелуй мне глазки сладко сладко. Здорово, что вы моя семья!

(!) «Красота спасёт мир!». Глянула в зеркало — что-то я сегодня явно не спасатель… Вы уж как-нибудь без меня…

Что творится в нашем мире?
Что не день то ералаш!
Кто-то мочит всех в сортире,
Кто-то любит секс-массаж!
…
«Я гламурная девчонка!»
Прокричал немецкий гей.
Лукашенко плюнул громко,
И закрыл в Европу дверь!
…
В новостях вчера сказали,
Саакашвили занемог!
Галстук у него забрали,
Он жуёт теперь сапог!
… показать весь текст …

«Я набралась смелости признаться, что я люблю его. Он промолчал. Я быстро сменила тему, чтобы избежать неловкого молчания. Я спросила: «Как жизнь?» Он ответил: «Супер. Я только что узнал, что девушка моей мечты любит меня!»

(М)Ты мне в глаза вдруг посмотрела…
Не «за глаза», и не «на глаз»…
И я поплыл, обмякло тело!
Ну, думаю, любовь пришла сейчас!
Но, ты ещё раз посмотрела,
Как-будто палкою огрела!
Видать, наверно, это сглаз…

Он смотрел на ее лицо, заслонившее весь мир, вглядывался в него и понимал, что только фантазия влюбленного может найти в нем так много таинственного. Он знал — есть более прекрасные лица, более умные и чистые, но он знал также, что нет на земле другого лица, которое обладало бы над ним такой властью. И разве не он сам наделил его этой властью?

Нельзя привязываться к людям всем сердцем, это непостоянное и сомнительное счастье. Ещё хуже — отдать своё сердце одному единственному человеку, ибо что останется если он уйдёт? А он всегда уходит.

Фантазия никогда нас не обманывает.

«А время — оно не лечит. Оно не заштопывает раны, оно просто закрывает их сверху марлевой повязкой новых впечатлений, новых ощущений, жизненного опыта… И иногда, зацепившись за что-то, эта повязка слетает, и свежий воздух попадает в рану, даря ей новую боль… и новую жизнь… Время — плохой доктор… Заставляет забыть о боли старых ран, нанося все новые и новые… Так и ползем по жизни, как ее израненные солдаты… И с каждым годом на душе все растет и растет количество плохо наложенных повязок…»